Тени кафе «Домино»

В отверстие влез Веденяпин, за ним Лапшин с подельником.

Они постоянно прислушивались.

Посветили потайными фонарями по магазину.

– Чисто, – сказал Лапшин, – пошли к хранилищу.

Дверь хранилища Веденяпин открыл быстро.

– Светите, – сказал он.

Свет потайных фонарей вырвал из темноты массивный сейф.

– Ну, начнем, благославясь, – Веденяпин перекрестился, снял пальто. Поверх пиджака на нем был надет широкий пояс с инструментами.

Часы пробили половину.

– Все, – Веденяпин открыл двери сейфов, – прошу рассчитаться.

– Как договаривались, – Лапшин достал из кармана сверток.

– Мерси.

Веденяпин спрятал деньги и пошел к дырке в полу. Обернулся:

– Фарту вам.

Лапшин подошел к сейфу.

Подельник достал из-под шапки два мешка.

Лапшин вынул из кармана кольт, положил его на полку сейфа.

– Давай мешок, – сказал он подельнику и вынул первую коробку.

Внезапно вспыхнул свет.

– Угрозыск, Лапшин. Положи коробку в сейф и подними руки.

Лапшин засунул коробку, взял с полки кольт. И выстрели из-под ящика.

Один из агентов вскрикнул и схватился за плечо.

Подельник упал на пол.

Пять стволов ударили одновременно и Лапшин рухнул на пол.

– Наденьте наручники на второго, – скомандовал Тыльнер и перевернул труп на спину.

– Это же Сергей Владимирович Метельников, содержатель мельницы в Банковском переулке, – удивился Леонидов."

"– Это Афоня Нерченский, он же Лапшин, уголовник Иван из банды Сабона.

Кафе «Домино»

Татьяна пела на эстраде кафе «Домино».

Романс был грустный, не праздничный, о любви и разлуке.

Она увидела Олега Леонидова, застывшего на пороге.

И лицо ее стало радостным и нежным.

Конспиративная квартира МГПУ

Мартынов и Лещинский пили чай на конспиративной квартире.

– Александр Германович, не надоела жизнь отшельника?

– Да нет. Писал новую книгу.

– О чем, если не секрет?

– Я на фронте не был, но журнал «Огонек», помните такой?

– А как же, читал, с интересом.

– Так вот, я писал для них очерки из маленьких городов, но только из тех, где фабричные работали на снабжение армии.

– Неплохая книга должна получиться. Работайте, мы поможем Вам ее напечатать, а теперь о делах наших скорбных.

– Все эти дни никто не появлялся, – развел руками Лещинский.

– И пока банда не давала о себе знать. Ваше затворничество закончено. Они знают, где Вы бываете?

– Да, в кафе «Домино».