Тени кафе «Домино»

Более того, я вчера была в театре вместе с Вадимом.

– Что? – Елена вскочила. – Он был на премьере у этой шлюшки? – Более того, нас приглашали на банкет в «Домино».

– И ты пошла? – Елена театрально закрыла лицо ладонями.

– Деточка, не забывай, что я тоже актриса, – тетя разлила кофе, намазала маслом бутерброд, положила сыр.

Лена молчала.

Тетя откусила бутерброд и начала пить кофе.

– И ты спокойно пьешь кофе!

Лена вскочила.

Лицо ее покраснело и сразу постарело.

– Значит, вы с Вадимом пошли смотреть эту шлюху?

– А потом в «Домино», – тетя налила себе вторую чашку кофе.

– Значит, ты все видела?

– Что ты имеешь в виду?

– Своего любимчика Леонидова.

– Видела. Они чудная пара, и я очень пожалела, что ты ушла от него.

– Он ничего не мог мне дать.

– Мог, то, что дороже колец и чернобурых шуб.

– Что же это? – ехидно спросила Лена.

– Тебе говорить бесполезно. Знаешь, мир театра мал, как наша керосиновая лавка. Все уже знают, что ты с Левантовским ездила в загородный ресторан к цыганам.

– Тетя, ты же актриса, декорации те же, герои-любовники разные.

– Значит, Вадим Бартеньев получил отставку.

– Еще нет, но все может быть. Ты же сама намекала на его шальные деньги.

– Пей кофе. И положи Газету, Лена, о тебе писали значительно больше.

Лена взяла чашку, отхлебнула.

– А бутерброд?

– Тетя, посмотри, какие у меня намечаются бока.

– Не намечаются, а наметились кругом, надо сесть на диету.

– Не могу. Ужины после спектакля меня губят.

Пивная «Встреча»

Дым от дешевого табака висел под потолком пивной.

Страшное, гиблое место было пивная «Встреча».

Здесь играли в карты, сбрасывали краденое, пели и дрались московские уголовники, выгнанные с Хитровки.

Леонидов и Андрианов вошли в пивную и сразу же к ним подвалил человек в шелковой сиреневой рубашке и полосатых брюках, заправленных в лаковые сапоги.

– Господа богатые, купите Зильбер котелок «Мозер», с цепью.

– Носи сам, – резко ответил Андрианов.

– Не хотите заняться коммерцией, тогда с вас штраф – половина цены.

– Ты, Копыто, – сказал Андрианов, – совсем умишком тронулся, на кого прешь? Фраеры сюда не ходят.

Копыто пригляделся.

– Прощенья просим, господин Андрианов, давно не видел. Думал, померли Вы, ан нет, все при деле.

– Жив я, Копыто, и долго жить буду. Дел у меня много.

– Так мы что, мы Вам только здоровья да долгие годы желаем.

Из-за стойки вышел хозяин, которого в уголовной Москве прозвали «два Ивана».