Тени кафе «Домино»

– Юнкер, запомните, большевикам нельзя верить. В прошлом году они объявили амнистию всем офицерам, не служившим в контрразведке и карательных отрядах. Я поверил, явился. Зарегистрировался. Взяли меня в игорном доме. Да, я нарушил какие-то правила об азартных играх. Со мною арестовали человек пятнадцать. Их всех отпустили, а меня ежедневно таскают на допрос, пристегивают к какой-то бывшей офицерской организации. А это дело пахнет гаражом.

– Но я ничего не делал, – запинаясь, сказал Лавров.

– Это неважно, они помилуют вора и бандита, потому что они классово близки им по происхождению, но на нас обрушат всю ненависть кухаркиных детей.

– Что же делать?

– Ждать. И надеяться.

– А если смерть?

– Ее надо встретить, как подобаем русским офицерам, понятно, юнкер?

– Так точно, господин подполковник.

Квартира на Молчановке.

До чего же хороша была гостиная в доме Саблина.

Свет огромной хрустальной люстры, сделанной в виде затейливого цветка, отражался в карельской березе мебели.

За огромным столом, заставленным шикарными закусками и выпивкой, сидели двадцать человек.

На нарукавных нашивках теснились ромбы.

Были и штатские, и дамы, конечно.

Рядом с Татьяной сидел Блюмкин, в роскошном парижском костюме цвета кофе с молоком.

Он коснулся Татьяны:

– Скажите, Танеча, Вы не родственница знаменитого писателя Лескова?

– Он наш дальний родственник. А почему Вы спрашиваете?

– Просто поинтересовался.

– Как сказать. В Рождество и Новый год шлем друг другу поздравления, по-моему все.

– Ваш батюшка специализировался на изящном искусстве?

– Да, он профессор Московского Университета, читает русское искусство.

– Господа, господа! – крикнула сидящая во главе стола на правах хозяйки Елена Иратова."

"– Мы еще успеем выпить и поговорить. У меня для вас сюрприз.

– Просим!

– Просим! – оживились гости.

Один из краскомов встал и, звеня шпорами, с полным бокалом в руке подошел к Татьяне.

– А он пьян в стельку, – прошептал Блюмкин.

Краском подошел к Татьяне, опустился на одно колено, поднял бокал.

– От имени героев Перекопа, прошу, романс.

Он выпил бокал до дна.

Замолк.

И рухнул на пол.

Военные с хохотом бросились его поднимать.