Тень Великого Древа (СИ)

Старались развлечь даму беседами – и рассказывали о прошлых успехах; вспоминали славные победы – и забывали горечь недавних поражений. Кайры всегда тщательно следят за внешним видом, а теперь, в присутствие леди, достигли вершин опрятности. Одежда стиралась при каждом случае; броня начищалась до зеркального блеска; хвосты и гривы коней пушились, как на параде. Все жалобы стихли, уныние забылось. Бойцы выпячивали грудь и браво задирали подбородки.

В гарнизонах замков эту бесценную роль исполняет супруга феодала.

Она служит идеалом благородства, самим своим присутствием побуждая бойцов становиться лучше. Ни один приказ офицера не вдохновит воина так, как доброе слово из уст прекрасной дамы.

Эрвин София наблюдал это в Первой Зиме и многих других замках. Опыт говорил ему, как важна роль знатной леди в войске, и как успешно справляется с нею Нексия. Опыт напоминал и другое: те из бойцов, кто имеет дворянское звание, позволяют себе ухаживать за дамой. Это ухаживание особенного свойства: чистое, поэтичное, чуждое похоти.

Рыцари служат даме – супруге своего сеньора – словно богине или музе. В ее лице видят символ всех женщин. Посвящают подвиги, песни, победы не ей одной, а всему прекрасному полу. Превозносят в ее лице не даму из плоти и крови, а сам образ Красоты.

Сложно представить более возвышенное чувство, и редкий лорд осудит подобные ухаживания. Железный Десмонд Ориджин благосклонно смотрел, как его супруге посвящали серенады и дарили цветы. По примеру отца, Эрвин ничуть не смутился успехом Нексии.

Пускай ее окружат вниманием: это поднимет настроение войска и излечит душевные раны самой девушки. А ничего серьезного здесь быть не может, одна только невинная игра.

Потому герцог Ориджин испытал удивление, когда кайр Джемис завел с ним беседу.

- Милорд, позвольте спросить напрямик.

- Не помню я тех лет, когда вы спрашивали иначе.

- Леди Нексия поклялась, что вы не имеете на нее претензий. Сказала ли она правду?

- Чистейшую. Мы связаны лишь непорочною дружбой, как Янмэй и Агата, как небо и море, как боевой конь и рыцарское копье, как кофейная чашка и кубик сахара…

- Милорд?.

.

- Я имел в виду: меж нами нет романтической связи.

- И не будет?

- Я этого не хочу. Нексия этого не хочет. Если боги попытаются сшить воедино наши судьбы, то ткань расползется на части, как лохмотья на нищем.

- Милорд!..

- Простите, Джемис. Насморк ослабил железную хватку, и радость моя по этому поводу жаждет поэтического выражения.