Тень Великого Древа (СИ)

Граф Виттор сидел, вцепившись руками в грудь. Кровь лилась из ушей и ноздрей.

- Клю-уууч… - страшно хрипел граф.

А Аланис хохотала, сидя на алтаре. Дергалась от боли – видимо, Джо сломал ей ребро, - но не могла унять смеха. Она была совершенно пьяна.

- Она знает! – Вспыхнуло у Джоакина. – Он сказал ей ключ!

Вмиг путевец был возле Аланис:

- Говори или сдохнешь! Как включить Абсолют?!

Она засмеялась ему в лицо:

- Я пожалела вас, смешной наемник. Ничего не стоило – вас тоже.

Граф закашлялся, изверг на стол лужу кровавой блевоты.

- Клююууч… - выдавил Виттор, сотрясаясь в агонии.

Мартин в отчаянье упал на колени:

- Помогите ему!.. Ну!..

Джо дернул Аланис за волосы, уложил на алтарь. Она попыталась вырваться, он припечатал ее свирепым ударом под дых. Увидел рядом шаванов, скомандовал:

- Держите!"

"С радостью они схватили убийцу. Джоакин вонзил нож ей в щеку.

- Тебя волновал шрам? Я срежу с тебя все лицо. Оставлю голый череп и дам посмотреть в зеркало! Будешь красоткой!

Зрачки расширились – она поверила ему.

- Ну как, приятно?! Говори же, сука!

Шаваны жадно смотрели на ее кровь.

- Она… не… знает.

Голос был морозен и жуток. Все оглянулись, холодея.

- Я же сказал: он жив! – заорал однорукий шаван.

Пауль лежал на боку, лицом к Аланис. Нож так и торчал в затылке, но взгляд был ясен, а грудь вздымалась.

- Она не знает. Оставьте.

- Зато знаешь ты, - процедил Лед.

Миг спустя он стоял над Паулем:

- Скажи, или убьем ее!

- Не говори! – вскричала Аланис. – Умоляю, молчи! Пускай сдохнет!

Джо полоснул ее от скулы до подбородка.

- Эй, волк! Не смей угрожать Гной-ганте!

Шаваны двинулись к Рихарду, но недостаточно быстро. Лед крутанулся в боевом танце. Одного подсек, с хрустом сломал колено. Второго швырнул на камень головой, третьего ударил снизу в челюсть, вышибив зубы.

- Флеминг, Джоакин, ко мне!

Джо чиркнул ножом по ее лицу и бросился на помощь. Все завертелось – кулаки, клинки, тела. Честная драка – без яда, без Перстов! Славная честная драка!

Лед не бил насмерть, и Джо последовал примеру. Он полосовал, подсекал мышцы, ломал кости, но оставлял в живых. Сам получил один, второй удар, пропустил нож, закричал от боли. Граф Флеминг ворвался в ряды шаванов, словно медведь.