Таня Гроттер и Исчезающий Этаж

– Случайно получилось, что ты нарушила все существующие правила Тибидохса? Да одной десятой части твоих проступков хватило бы, чтобы Поклеп подверг тебя полному зомбированию, – отчеканила Медузия."

"Ее строгий греческий профиль стал еще отчетливее, а волосы зашипели.

– Ты пробралась в драконий ангар, бродила ночью по Главной Лестнице, шпионила за учителями! Твой отец сто раз покраснел бы за такую дочь, хотя и сам, поверь мне, не был паинькой. Когда его только доставили в Тибидохс, а было ему лет двенадцать, он изготовил динамит и попытался взорвать золотую рыбку.

– Зачем? – поразилась Таня.

Доцент Горгонова улыбнулась:

– Ему, видите ли, захотелось выяснить, каким образом она исполняет желания и чем ее анатомия отличается от анатомии обычных рыб. Якобы для того, чтобы сделать всех без исключения рыб волшебными… Если золотая рыбка не всплыла брюхом кверху, то лишь потому, что ни одно оружие лопухоидов здесь не срабатывает. «Ты бы хоть на удочку ее ловил! Зачем же сразу взрывчаткой?» – говорил ему потом Сарданапал.

Таня засмеялась. Медузия, заметив это, удрученно покачала головой:

– Ну вот, и ты точно такая! Поклеп потом постоянно требовал, чтобы твоего отца перевели на черное отделение, но мы с академиком за него заступались. Мы же видели, что Леопольдом движет не злоба и не корысть. Он был скорее ученый… Ладно, о твоем отце и о твоем отвратительном поведении мы поговорим после… Ты видела на шипе какое-нибудь изображение?

– Да, там был знак призывного заклятия.

Медузия поморщилась:

– Какая мерзость! Но откуда ты знаешь про призывное заклятие? Небось спросила у джинна Абдуллы?

В который уж раз Таня подумала, что обмануть доцента Горгонову или утаить что-нибудь от нее невозможно.

– Так от Абдуллы? – повторила Медузия.

– Ага.

– Очень мило. Я всегда говорила Сарданапалу, что глупо держать в библиотеке этого спятившего старикашку, сочувствующего черным магам.

– В комнате под матрасом, – смутившись, ответила Таня.

Доцент Горгонова расхохоталась.