Табу на вожделение. Мечта профессора

Уже некоторое время она безрезультатно возилась с дверью, будучи не в состоянии даже попасть ключом в замочную скважину. А тот факт, что Марат следует за ней по пятам (звук его тяжелых шагов эхом разносился по пустынным коридорам университета), лишь нагонял паники и подталкивал ее к более активным действиям. В тот самый миг, когда все звуки внезапно стихли, Юля поняла, что он настиг ее. Буквально нутром почувствовала его присутствие за своей спиной. От этого открытия сердце зашлось в груди в каком-то нереальном, запредельном ритме.

А уж когда она ощутила на себе его руки (он крепко, с довольным первобытным урчанием стиснул ее талию), и вовсе чудом на ногах устояла. Внезапное прикосновение горячих жестких губ профессора к ее обнаженной шее заставило вздрогнуть всем телом и шумно выдохнуть:

— Марат…

— Зараза малая! — прозвучало глухо. — Что же ты творишь-то? Что ты со мной творишь?

В следующую секунду мужчина жадно припал ртом к ее беззащитному горлу. Присосался к нежной коже, пробуждая к жизни тысячи нервных окончаний на ее теле.

И стиснул в своих объятиях так сильно, что в глазах у нее потемнело от недостатка кислорода. Не сдержавшись, Юля прижалась ягодицами к его ширинке и обомлела от того, как сильно Марат возбужден. Едва слышный порочный стон слетел с ее губ. Низ живота прострелило сладкой истомой, а между ног… там, в самой глубине… внутренние стенки невольно сжались от предвкушения. Кровь. Воспламенилась. В венах.

— Встречаю… тебя… из команди…ровки! — промямлила она кое-как, блаженно прикрыв веки, когда Каримов принялся со свирепостью хозяина сминать ее потяжелевшую грудь своими сильными ручищами прямо поверх одежды.

Юля до боли прикусила собственные губы, дабы не завопить вслух от остроты ощущений. От опьяняющего чувства его тотальной, абсолютной власти над ней, над ее телом, над ее мыслями и даже желаниями.

— Без трусов?

— Угу!

— Бл*дь, девочка! — раздался его гортанный хрип прямо у ее уха. — Ты же меня убиваешь!

— Почему? Не понравился сюрприз?

— Сейчас узнаешь!

— М-м-м?

— Дверь.

Открывай.

— Ох…

— Живее!

— Сейчас…

— Юля!

— Я стараюсь! — жалобный писк. — Секунду!

— Да твою ж мать! — ругнулся он сквозь стиснутые зубы, когда она вновь не смогла попасть ключом в слишком узкую замочную скважину. 1 Дай сюда!

Буквально вырвав ключ из ее дрожащих пальцев, он с первого раза расправился с замком. Распахнув дверь, торопливо запихнул Юлю внутрь.

Еще секунда, и Каримов предусмотрительно запер свой кабинет изнутри.