Связанные кровью

Это предназначалось не только в качестве шутки. Я действительно любила Маттео еще больше за то, что он взял на себя ответственность.

* * *Я уложила Изу спать и направилась обратно в спальню, но замерла на пороге. Маттео лежал на кровати весь распростертый, совершенно голый.

— Будь по-твоему со мной. Я готов.

Я приподняла одну бровь.

— Семь дней. Ты отслеживал.

— Давай, детка. Протяни мне руку помощи или ротик.

Маттео обхватил пальцами свой член, который уже начал твердеть.

— Не похоже, что тебе необходима помощь, — сказала я, но возбуждение уже было на исходе, при виде Маттео у меня между ног образовалась лужа.

Его тело никогда не оставляло меня равнодушной. Я подошла к нему, стянула через голову топ и сняла шорты. Обнаженная, я остановилась перед кроватью. Я снова почувствовала уверенность в своем теле, что было лучшим чувством в мире.

Маттео послал мне улыбку. Я забралась на кровать и оседлала его, прежде чем оттолкнуть его руку от члена и взять кончик в рот.

Маттео застонал, но замолчал, уткнувшись лицом в мою киску.

Когда он втянул мой клитор в рот, я взорвалась. Мои пальцы вокруг его члена напряглись, и я стала сосать его еще сильнее, пока он тоже не взорвался у меня во рту.

Я рухнула на него, совершенно измученная.

— Вкус другой?

Я ударила по его прессу.

— Что? Это вполне законное беспокойство.

— Ничего не изменилось, — пробормотала я."

"Маттео схватил меня за ноги, которые лежали на подушке рядом с его головой, и пощекотал. Я вскрикнула и попыталась вырваться из его хватки, но он был слишком силен.

— Ты разбудишь Изу, детка. Смейся тихо.

Я ткнула его локтем в бок, заставив крякнуть, но не отпустить. От воя у меня заболел живот, а на глаза навернулись слезы.

— Остановись! — процедила я сквозь зубы. — Трахни меня!

Маттео мгновенно прекратил атаку.

— Ты знаешь, как отвлечь меня.

Его голос был низким, и одна из его рук поднялась от моей лодыжки к внутренней стороне бедра.

— Это не так уж сложно.

Я раздвинула ноги.

Маттео вошёл в меня двумя пальцами и начал трахать, его напряженный взгляд не отрывался от моей киски. Вскоре мои мышцы начали сокращаться по другой причине.