Сваха для дракона

В нем приказывалось убить всякого, кто в вашем облике или в облике ваших спутников посмеет показаться на люди. Незамедлительно. И сообщить об этом новому властителю Аралиона. За голову каждого из вас полагается щедрая награда.

– Одхан и Вейлин – предатели! – зарычал Снорре, вскакивая на ноги, едва услышал о видении. Светлые волосы встали дыбом, глаза налились кровью. Он был готов сесть на коня и мчаться вершить справедливость, только об этом его никто не просил.

– Одхан не мог, – выдавил из себя Лоркан, опуская глаза в землю, – его одурманили.

Было больно смотреть на то, как он мучается – лучший друг и сестра оказались предателями! Разум мог изобрести любые аргументы, но против истины трудно было идти.

Услышав, что Одхана могли околдовать, Шона насмешливо фыркнул:

– В такую чушь не поверят даже младенцы! Брат, никто не может проникнуть в разум колдун или завладеть его телом, если тот не дал на это разрешения. Колдун либо добровольно дает доступ, либо погибает в агонии!

Пока Лоркан молчал за пределами шатра послышался шум.

– Смотрите, кого притащили, – один из всадников с оттяжкой шлепнул ладонью по безразмерному мешку, перекинутому через седло, – шастал, как полевка, мимо границы, говорить отказывается.

В плотно завязанном мешке угадывался человеческий силуэт, пленник давно уже не сопротивлялся, только изредка взбрыкивал ногами, демонстрируя непокорённый дух.

– Ну, и чего не прикончили? – Шона безразлично оглядел и туго затянутую горловину мешка, и темное, масляное пятно, проступившее на его поверхности. Пленник был ранен. – Зачем его сюда притащили?

Всадник небрежно скинул мешок с седла и усмехнулся:

– Сказал, что он прибыл к князю Лоркану.

Лоркан с честью выдержал испытывающий взгляд Шоны и халгов и пожал плечами:

– Гостей я не ждал.

– Видимо, так считаете только вы, дорогой брат. Уступлю вам честь распаковать подарок.

– Премного благодарен, – Лоркан криво усмехнулся, опускаясь перед мешком на колени. Дернув за шнурок, он ослабил горловину и освободил пленника. Выуженный на свет, окровавленный и растерянный, Мерани слеповато щурился на яркий свет.