Сваха для дракона

Теперь это было лицо грозного правителя, который уверен в том, что ему пытаются солгать.

– Леди Ималия, вы хотите еще что-то сказать?

По моему лицу и так все замечательно читалось – и Одхан, и князь вместе со Снорре переглядывались с таким видом, словно застали шпиона на месте преступления. Я ощутила призрачное касание ледяной стали к горлу – теперь мне точно не ускользнуть от процедуры магического дознания. По тьме, которая сгустилась на дне зеленых глаз Одхана, по его торжествующей улыбке, я понимала – он прицепится ко мне как репей, как охотничья собака, и будет следить за каждым шагов, как и обещал.

Но помощь пришла оттуда, откуда я точно ее не ждала. Дели Периян выдвинулся вперед, вызывая огонь на себя. Его голос тянулся медовыми нитями, убаюкивая чужие подозрения под карамельной сладостью слов.

Поглаживая черную бороду, дели почтительно склонил спину перед князем:

– Великий дракон, внемли: удивление госпожи Ималь вполне обоснованно. Любой житель моего княжества скажет вам, что нет для князя Ихтирама ничего важнее единственной и горячо любимой дочери. Она последнее сокровище, что осталось у него после кончины возлюбленной супруги. Госпожа Ималь, в чьих жилах течет кровь и моего народа, знает, что князь Ихтирам желал оставить княжеский престол именно своей дочери, что невозможно, выдай он ее замуж в другое княжество.

– Что?! Женщине?! – чье-то гневное возмущение разрезало толпу как раскаленный нож масло. Дели Периян смерил нахала ледяным взглядом, словно невзначай касаясь ладонью груди. Я вздрогнула, предугадывая последствия – тончайшая метательная игла, ядовитая и смертоносная, пронзает воздух и впивается нахалу в шею. Яд действует мгновенно, и вот придворный падает на мраморный пол у ног дели Перияна, исходя зеленоватой пеной и судорогами.

Но нет, при дворце чужого правителя посол Цуриона смог сдерживать свои замашки. Он лишь одернул лоскут искристо-синей ткани в сторону и произнес, тоном, от которого даже мне захотелось провалиться сквозь землю:

– В Цурионе женщина – священна. Если она желает стать правительницей после своего отца, никто не сможет ей запретить.