Страсти ниже плинтуса

Я на какое-то время оглохла и никак не могла понять, что мне говорит Андрей. Мне казалось, что он просто, как рыба, беззвучно открывает рот. Я переспросила его и не услышала своего собственного голоса.

Наконец звуки прорезались, и я расслышала слова Андрея:

— Ну, теперь, я думаю, мы точно оторвались…

— Ничего себе! — проговорила я потрясенно. — Это ты называешь «оторваться»? Да уж, оторвались мы по полной! Все-таки признайся, кто ты такой? Агент десяти разведок?

— Я же тебе сказал — программер! — отмахнулся Андрей и рванул мотоцикл с места.

Действительно, из-за ближайших домов уже раздавались сирены пожарных машин.

Удалившись от места крушения вертолета, Андрей затормозил и достал свой мобильник.

Взглянув на меня, он пробормотал, как бы оправдываясь:

— Сама понимаешь, домой нам возвращаться никак нельзя, а о Рэе нужно позаботиться…

Он набрал номер и быстро проговорил:

— Леха, слушай внимательно, повторять не буду.

— Ты чего? — удивленно протянула я. — Хороший телефон…

— Он засвечен, — ответил Андрей, снова набирая скорость. — Нас по нему опять могли бы вычислить…

Выбросив телефон, он резко изменил направление. На этот раз мы поехали на Петроградскую сторону.

Пожилой бомж по кличке Керосиныч не поверил своим глазам.

На самом виду, поверх груды мусора, красовался новенький мобильный телефон!

Керосиныч осторожно огляделся. Вдруг тот придурок, который разбрасывается телефонами, уже опомнился и бежит обратно, чтобы забрать свое имущество? Или, того хуже, дорогую игрушку подбросили нарочно, чтобы посмеяться над бедным человеком? Говорят, по телевизору показывают такую передачу, как-то она называется… скрытая камера, что ли…

Слово «камера» Керосинычу определенно не нравилось, и он еще раз внимательно осмотрелся по сторонам.

Но никого поблизости не было, и бомж осторожно вытащил свою дорогую находку, торопливо спрятал в засаленных лохмотьях и припустил прочь от мусорного бака.

Теперь нужно было срочно реализовать телефон.