Тарзан. Том 1

Найдя все в прежнем виде, он углубился в джунгли поохотиться с тем, чтобы принести добычу в хижину и там спокойно попировать и выспаться на удобной постели.

Он блуждал милях в пяти к югу на берегу реки, впадающей в море милях в шести от хижины. Он отошел от берега на полмили, когда вдруг ноздри его втянули запах, который взбудораживает джунгли, — запах человека.

Ветер дул с океана, и Тарзан понял, что источник запаха к западу от него. К запаху человека примешивался, однако, и запах Нумы. Человек и лев.

— Надо спешить, — подумал человек-обезьяна, запах белого человека, — Нума, пожалуй, охотится.

Когда он добежал деревьями до опушки леса, он увидел женщину, опустившуюся на колени в молитве, а перед ней дикого, примитивного вида белого мужчину, закрывшего лицо руками. Позади мужчины старый лев медленно подвигался к легкой добыче. Лицо мужчины было повернуто в сторону, женщина низко нагнула голову. Он не видел черт лица.

Нума уже приготовился к прыжку. Нельзя было терять ни секунды. Тарзан не успел бы снять лук и вправить в него стрелу.

Он не мог пустить в ход ножа. Оставалась только одна надежда, один выход. И человек-обезьяна действовал с быстротой мысли.

Бронзовая рука откинулась назад, на миг копье легло на плечо гиганта — и затем мощная рука выбросила его вперед, и быстрая смерть из зеленой листвы влетела прямо в сердце прыгнувшего льва. Не издав ни единого звука, он упал мертвый к ногам тех, кто чуть было не сделался его жертвой.

Несколько мгновений ни мужчина, ни женщина не шевелились.

Потом она открыла глаза и с изумлением взглянула на мертвого зверя, лежащего позади ее спутника. Когда красивое лицо приподнялось, у Тарзана от обезьян захватило дыхание от изумления: он не верил своим глазам. Неужели он сошел с ума? Не может быть, чтобы это была женщина, которую он любит. Но, конечно, это была она.

И женщина поднялась, а мужчина обнял и поцеловал ее, и тогда сразу кровь бросилась в голову человеку-обезьяне, кровавый туман поплыл перед глазами, и старый шрам на лбу выступил на темной коже ярко-красной полосой.

Страшное выражение появилось на диком лице, когда, подняв лук, он заложил в него отравленную стрелу. Злой огонек блестел в светло-серых глазах, пока он целился в спину ничего не подозревающего человека.

Он бросил взгляд на гладкую стрелу, сильно оттягивая тетиву, чтобы стрела пронзила насквозь сердце, для которого была предназначена.

Но он не выпустил рокового вестника. Медленно опустился лук.