Страх

Рикард даже не подозревал, что такие комнаты по-прежнему существуют.

Собственно говоря, он все время чувствовал симпатию к Винни или, вернее, сочувствие к человеку, не признающему за собой право на существование в этом мире. Но она была слишком забитой, чтобы у него появился к ней какой-то интерес.

И вот теперь он начал понимать причины ее униженного поведения.

Карен Маргрет Дален незамедлительно начала разговор — или, скорее, монолог:

— Да, я слышала, что произошло с этой негодной племянницей моего мужа.

Но я не могу представить себе, как ее угораздило вступить в контакт с этим проходимцем! Она ведь получила солидное воспитание в моем доме. Но, должна вам сказать, ее просто невозможно чему-либо научить. Невозможно! Насколько я понимаю, тот человек был матросом. Как она могла? Но будьте уверены, констебль, я отчитаю ее как следует, когда она вернется домой!

Пользуясь тем, что Камма сделала паузу, чтобы перевести дух, Рикард, наконец, сказал:

— Не следует забывать о том, что она помогала человеку в беде.

Но дело сейчас не в этом. Вопрос вот в чем: у вас есть прививка от оспы, фру Дален?

Выставив вперед подбородок, она высокомерно заявила:

— Разумеется, нет! Мои христианские убеждения не позволяли мне сделать прививку!

— Мне кажется, это должны были решать ваши родители.

Она покраснела.

— Во всяком случае, я себе прививки не делала.

— Очень жаль. Значит, вам придется отправиться со мной в больничный изолятор.

— Не вижу в этом никакой необходимости. Мне и здесь хорошо.

— Речь идет не только о вас, фру Дален. Вы представляете опасность для окружающих, пока вы…

Он чуть было не сказал: «разгуливаете на свободе», но закончил предложение словами: «перемещаетесь среди людей».

Сделав вид, что оказывает ему величайшую милость, она кивнула.

7

Соседи Олавы и Агнес на Фестнингсгатен сидели на кухне и пили кофе. На столе лежали их любимые хальденские печенья «Тропический аромат». Это была пожилая пара, охотно сующая нос в дела соседей и любившая посплетничать.

— У этих сестер Йохансен кто-то так мерзко стучит в доме, — сказал мужчина, отпивая горячий кофе.

— Вчера я тоже слышала это, — сказала его жена, жуя печенье. — Интересно, что бы это могло быть. Лично я не видела, чтобы к ним приходили рабочие.

— Кто, кто?

Проглотив печенье, она повторила:

— Рабочие. Да и собаку их я что-то не вижу.

— Я тоже. Может быть, она сдохла?

— Хорошо, если так. Не будет больше мочиться возле нашей стены.

— Вот именно.