Солнце полуночи

«Он умирает! Умирает!»

– Розали, я… – Карлайл беспомощно развел окровавленными руками.

Внезапно у нее в голове возник образ, и я понял, о чем именно она просит.

– Она не просит тебя исцелить его, – поспешил перевести я. – Она хочет, чтобы ты его спас.

Розали метнула в меня взгляд, полный благодарности, преобразивший ее лицо – таким я его еще не видел. На миг я вспомнил, как удивительно она красива.

Нам не пришлось долго ждать, когда Карлайл примет решение.

«А!» – мелькнуло в голове у Карлайла, и я увидел, на что он готов ради Розали, насколько в долгу чувствует себя перед ней.

Уже опускаясь на колени перед раненым, он замахал руками, прогоняя нас.

– Вам оставаться здесь небезопасно, – сказал он, наклоняясь к горлу незнакомца.

Я схватил Розали за перепачканную кровью руку и потащил к двери. Она не сопротивлялась. Мы вырвались из дома и бежали, не останавливаясь, пока не достигли соседней реки Теннесси и не прыгнули в воду.

Пока мы лежали в прохладном иле у самого берега и Розали ждала, когда течение смоет кровь с ее платья и кожи, мы впервые за все время разговорились.

"Правда, словами говорила она мало, больше показывала мне у себя в голове, как нашла совершенно незнакомого умирающего мужчину, и было в его лице что-то такое, отчего она не пожелала смириться с этим будущим. Объяснить почему ей не хватило слов. Не смогла она облечь в слова и то, как это сделала – как сумела проделать страшный путь и не добить свою ношу сама. Я видел, как она бежала милю за милей быстрее, чем когда-либо прежде, и все это время изнывала от неутоленной жажды.

Я не искал очередного пополнения в нашей семье. И никогда особо не задумывался о том, чего хочет или в чем нуждается Розали. Но внезапно, увидев случившееся ее глазами, я пожелал ей счастья. Впервые за все время мы очутились на одной стороне.

Возвращаться домой нам было еще рано, хотя Розали изводилась от беспокойства, не зная, как дела у подопечного Карлайла.

За эти часы изменились мы оба. Когда Карлайл наконец пришел звать нас домой, мы вернулись туда братом и сестрой.

Пауза, за время которой я вспоминал, как наконец полюбил свою сестру, получилась недолгой.