Солнце полуночи

 – Я решил ограничиться этим определением, хоть ему и недоставало силы. – Когда в прошлый четверг я просил тебя не свалиться в воду и не попасть под машину, я не шутил. Все выходные я беспокоился о тебе и больше ни о чем не мог думать. После того, что случилось сегодня, мне с трудом верится, что ты благополучно провела выходные и осталась целой и невредимой. – И тут я вспомнил про ссадины у нее на ладонях. – Вернее, почти невредимой, – поправился я.

– Что?

– Ладони, – напомнил я.

Она вздохнула, уголки губ опустились.

– Упала.

– Так я и думал. – Я не сумел сдержать улыбку. – Поскольку речь о тебе, могло быть гораздо хуже, и эта вероятность не давала мне покоя все время, пока я был в отъезде. Эти три дня выдались очень долгими. Я успел изрядно потрепать нервы Эмметту и остальной семье тоже. Кроме Элис.

– Три дня? – Ее голос вдруг стал резче. – А разве вы не сегодня вернулись?

Я не понял, в чем дело.

– Нет, еще в воскресенье.

– Тогда почему же никто из ваших не появлялся в школе? – потребовала ответа она.

– Ну, ты же сама спрашивала, не жжет ли меня солнце, – нет, не жжет, – сказал я. – Но в солнечную погоду мне лучше не выходить – по крайней мере, там, где меня может кто-нибудь увидеть.

Этим я отвлек ее от загадочного недовольства.

– Почему? – спросила она, склонив голову набок.

Объяснить это с помощью подходящего сравнения я не рассчитывал, поэтому просто пообещал:

– Покажу когда-нибудь.

И сразу же задумался, не придется ли мне нарушить это обещание – слова вырвались сами собой, но я даже представить себе не мог их последствия.

Но беспокоиться об этом было слишком рано. Я вообще не знал, позволено ли мне будет увидеться с ней снова после всего, что случилось сегодня. Хватит ли моей любви к ней, чтобы выдержать расставание?

– Но позвонить-то ты мне мог, – сказала она.

Неожиданный вывод.

– Но я же знал, что с тобой все в порядке.

– Зато я не знала, где ты. И мне… – Она вдруг умолкла и перевела взгляд на свои руки.

– Тебе – что?

– Мне это не понравилось, – робко призналась она, кожа на ее скулах порозовела. – Не видеть тебя. Я тоже беспокоилась.

«Ну, теперь ты доволен?» – спросил я себя. Вот она, моя награда за все надежды.

Осознание, что самые смелые из моих фантазий не столь уж далеки от истины, ошеломляло, приводило в восторг, ужасало – главным образом ужасало. Так вот почему для нее не имеет значения, что я чудовище.