Страшная сказка (не)для Золушки

Не выглядела она на психопатку, хотя… Не скажу, что испытывала к ней абсолютное доверие. Она всегда была такой или у неё поехала крыша уже здесь, за проведённые в этом месте годы добровольной самоизоляции?

– Боюсь, психику ей повредили намного раньше. Попасть в криминальный мир и остаться при своём уме? Тут не каждый мужчина способен сохранить собственный рассудок в изначальном виде, а женщины… Женщины ломаются практически сразу. Не выдерживает никто, даже самый сильный.

Я невольно вспомнила про Катьку Одувалову, про её разительные изменения и пугающее поведение.

Да, Кронос был прав. Этот мир слишком отличался от привычного для большинства людей социума, и не почувствовать разницы было бы просто нереально. Она ощущалась сразу, как обухом по голове. И никуда не исчезала, даже если тебя окружали гостиничными апартаментами класса премиум-люкс и кормили изысканными блюдами от непревзойдённых шеф-поваров.

– И что… что вы собираетесь с ней делать дальше?

Кронос негромко хмыкнул и, судя по его ленивым движениям, попытался поудобнее устроиться на новых подушках.

– А это уже не твоя головная боль. Сейчас тебя должно волновать твоё собственное самочувствие и здоровье. И хватит уже болтать. – он произнёс всё это практически в мой затылок, едва не касаясь его губами, отчего жаркая волна будоражащей дрожи прошлась по всему моему позвоночнику, заставив меня непроизвольно напрячься. – Закрывай глаза, Дана. И постарайся заснуть. Ты меня слышала?

Откуда он узнал, что я их не закрыла? Хотя, удивляться сверхспособностям этого человека (или языческого бога) было бы явно глупо.

Как и всему тому, что он делал или будет делать.

В итоге глаза всё же пришлось закрыть и даже попытаться расслабиться. Только заснуть оказалось не так уж и легко. Тем более, когда за твоей спиной лежит твой собственный похититель, недавно спасший тебя от смерти, и ждёт, когда же ты успокоишься и наконец-то отключишься.

Но я ведь сама этого захотела, чтобы он остался.

И мне действительно было спокойно ощущать его близость и его руки, неосознанно путаясь во всех своих к нему чувствах и эмоциях и уже не зная, как вообще на всё это реагировать. Он же всё равно не собирается меня отпускать, по крайней мере, в самое ближайшее время. И то, что он согласился остаться здесь со мной на ночь – казалось более, чем странным. Ведь куда проще было бы скормить мне успокоительное или снотворное – и всего делов-то.