Смерть дублера

Дядя был твердо уверен, что, если ему удастся поговорить с Ридли Торпом, тот утвердит предложенную рекламную кампанию, однако не смог и близко подобраться к Торпу. Дядя знал про бунгало, где Торп уединялся по выходным, – почти всем в агентстве про это было известно – и решил застать его там. А еще он знал, что я… он знал… я же сама его… – Голос Нэнси, сбившийся на шепот под конец рассказа, и вовсе стих.

Она виновато посмотрела на Текумсе Фокса, но затем зажмурилась и с такой силой сжала ладонями виски, что побелели пальцы.

– Наверное, я просто немного бесхарактерная, – рассудила Нэнси. – И наверное, мне все же нужно что-то выпить. Понимаете, меня всю ночь продержали в полицейском участке или, может быть, в тюрьме в Уайт-Плейнсе. И я ни минутки не спала, а потом, едва смывшись оттуда, сразу позвонила…

– То есть от полицейских вы сбежали?

– Да, меня оставили одну в кабинете, и я тихонько улизнула, прошла по переулку, позвонила сюда, а потом взяла чужую машину и…

– Вот как? Вы угнали чью-то машину? Ту, что стоит за домом?

– Да.

– Секунду, – сдвинул брови Фокс. – Взгляните на меня. Нет, прямо в глаза… Вот так. Скажите, вы в ладах с законом?

– Я вполне благоразумна. – Губы Нэнси снова дрогнули. – Бывает, порой я совершаю глупости, но в целом я честная девушка.

– Позвольте взглянуть на вашу руку.

Не колеблясь, Нэнси исполнила просьбу. Фокс принял протянутую руку в свои, чтобы внимательно осмотреть тыльную сторону и ладонь, костяшки и кончики пальцев, каждый маленький твердый бугорок.

– Это не гадание, – негромко произнес он. – Красивая рука. В той машине осталось что-нибудь ваше?

– Нет.

– Совсем ничего? Вы уверены?

– Ничего.

Повернув голову, Фокс повысил голос до зычного баритона:

– Дэн!

Чуть погодя за дверью раздались шаги, гораздо более тяжелые, чем у Фокса, открылась сетчатая дверь и на террасу вышел мужчина в рубашке и без галстука.

– Уже здесь, Тек.

– М-да, – протянул Фокс. – Заправь рубашку.