Смерть дублера

Но сегодня утром мистер Остин, адвокат, рассказал нам о завещании. Фил получает все, но контроль за деятельностью предприятия переходит учреждаемому тресту, в который входят мистер Остин, мистер Фрай и я. Если Фил женится и заведет ребенка, фабрика достанется его наследнику, когда тому исполнится двадцать один год.

– Долгосрочные планы, ничего не скажешь, – хмыкнул Фокс. – А Фил знал о завещании?

– Мне об этом неизвестно.

– А вы или мистер Фрай?

– Я же сказала, что не знали. До сегодняшнего утра.

– Значит, теперь вы с мистером Фраем, учитывая то, что Остин с его голосом остается в меньшинстве, получили полный контроль над бизнесом Тингли.

– Да.

– Все его элементы, включая мелочи вроде размера зарплат и премий…

– А вот это, – резко оборвала его мисс Йейтс, – я не обязана выслушивать, как бы мне ни хотелось помочь Эми выпутаться из передряги. Мне пришлось терпеть измышления полицейских, но вам я этого не позволю. Я и мистер Фрай зарабатываем по девять тысяч долларов в год и оба вполне довольны этой суммой.

– Я вам верю, – улыбнулся ей Фокс. – Но сейчас я думаю о его приемном сыне. Поскольку контроль полностью уходит из его рук, ваш трест может решить вообще оставить Фила без денег с помощью продуманных манипуляций текущими расходами и зарплатой.

– Не знаю.

– То есть вам неизвестно, знал он о содержании завещания или нет.

– Неизвестно.

– Он способен на убийство?

– Думаю, он может быть способен на все. Но как я уже сказала, смерть Артура Тингли кажется мне каким-то образом связанной с проблемами, возникшими на нашем производстве.

– Вы о хинине?

– Да.

– Почему вам так кажется?

– Кажется, и все. Потому что это единственное бедствие такого масштаба, которое возникало у нас за все годы, а Артура убили в разгар этой истории прямо тут, в собственном кабинете.

– Может, вы и правы, – признал Фокс. – Вы понимаете, конечно, что полиция исходит из того, что убийца должен был хорошо ориентироваться во внутренних помещениях фабрики.