Смотри на меня

— Мам, ну я же не уезжаю через час. До понедельника всё попробую. Мне ко второй паре, Егору тоже, вот и поедем, не будем в воскресенье.

— Засранец гоняет как чёрт на своей машине, — мама неодобрительно поджимает губы. — Может, лучше всё-таки автобусом?"

"— Сама ему скажи, — пожимаю плечами, отправляя в рот вкуснейший домашний пельмень. — Обещал зайти на котлеты.

Она-то скажет, а толку. Он мило сведёт брови домиком и скажет: «Ну тёть Оль!», и мама растает. Ещё раз предложит ему кусок пирога, перед которым Вертинский не устоит, а потом отгребёт от тренера за проваленное перед тренировкой взвешивание.

Привычная картина.

Но на обед Егор сегодня к нам так и не приходит.

«Сорян, малая, — прилетает сообщение ближе к трём, — надо отъехать в мастерскую, просят меня, а потом по делам ещё. Тёте Оле привет и пусть припрячет для меня то, что так офигительно пахло даже нам во двор»

«Кубики заплывут от того, что так пахло» — отвечаю со смешком. Пирог у мамы и правда получился великолепный.

«Сгоним на площадке. Тебе бы тоже не помешало задницу подкачать, а то скоро джинсы треснут»

Вот пиздюк.

Однажды я разревелась, что не влезаю в любимые джинсы. Это было в восьмом классе и вполне логично, потому что бёдра чуть раздались, я ведь росла, взрослела. Начала морить себя диетами втайне от родителей. Похудела, конечно, немного, джинсы натянула. А когда гуляли, неудачно присела за упавшей заколкой, они и треснули. Прямо в тот самом месте — на заднице. Слава Богу, увидел это только Егор. Дал свою спортивную куртку прикрыть позор. А по дороге домой хорошенько пропесочил мозги. Сказал, что если узнает, что снова сижу на диетах, матери всё скажет и задницу надерёт. Но потом время от времени всё равно прикалывался по этому поводу.

«Главное, чтобы у тебя при виде баб не треснули»

Отправляю и закусываю губу. Блин, наверное не стоило пошлить. Вертинский тоже удивлён, по ходу, о чём свидетельствует смайлик с выпученными глазами, а потом ещё один в виде значка с перечёркнутым числом восемнадцать.

Организм после вчерашней гулянки всё ещё не в порядке и я заваливаюсь в кровать.

Достаю с полки любимую книжку про мальчика-волшебника и погружаюсь в чтение. Сама не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь уже около одиннадцати вечера. Ни туда, ни сюда. Хочется и пить, и спать дальше. Хорошо, взяла с собой стакан, и не придётся спускаться в кухню. Только вставать всё равно надо, в домашних штанах и водолазке спать неудобно и жарко под одеялом. Надо переодеться в пижаму.