Скиф-Эллин

В Мраморном море мы поймали норд-вест силой балла четыре и потихоньку добрались до пролива Босфор, который сейчас называется Фракийским, и преодолели его под парусами и при помощи весел. На выходе сделали остановку у азиатского берега, возле храма Зевса Урии, где купили свежий хлеб и прочитали высеченные на плитах декреты черноморских полисов, которые надо знать иноземным купцам. Меня заинтересовали два: херсонесцы предупреждали, что вывоз пшеницы и муки без разрешения городских властей карается смертью, а у ольвийцев то же самое грозило за вывоз монет из серебра и золота на сумму больше, чем было привезено товаров, но в слитках — сколько хочешь.

Торговец хлебом предупредил меня, что возле Гераклеи Понтийской орудуют пираты, две галеры. Я поблагодарил его и сказал, что мы пойдем не вдоль берега, а напрямую, сразу на мыс Сарыч. Мне, конечно, не поверили. Даже члены экипажа не верили в то, что можно сразу от Босфора держать курс на Таврику, как сейчас называют Крымский полуостров. Пока что галеры гребут до мыса Керемпе на территории будущей Турции, где поворачивают на север, на Сарыч, до которого сто сорок две мили или при благоприятных условиях часов тридцать «экономичным» ходом, то есть одна или две ночевки в открытом море. От выхода из Босфора до Херсонеса примерно в два раза больше, но мое судно провело в море тоже две ночи, причем вторую только потому, что я не захотел заходить в порт в темноте. До утренних сумерек мы дрейфовали милях в пяти от города, примерно в том же месте, где я упал за борт сколько-то там — уже и не сосчитаю! — лет назад.

Порт был пуст, если не считать стоявшие в глубине гавани у мола лагом друг к другу три военные триеры с втянутыми внутрь веслами. Местные купцы уплыли в разные стороны, а иноземцы еще не догребли до Херсонеса. Мы были первыми из македонских купцов, кто покинул Амфиполис. Херсонесский таможенник появился уже после того, как мы ошвартовались и начали открывать все три трюма, чтобы показать, что привезли.

Обычно таможенники нетерпеливо отплясывают на причале, едва торговое судно появляется на горизонте. Таможенная пошлина составляет два процента. Еще один процент — портовый сбор. Плюс два процента с каждой торговой сделки, которые покупатель и продавец обычно делят пополам, хотя могут быть всякие варианты, как договорятся. Я привез оливковое масло в амфорах, македонские железные доспехи, мечи, топоры и наконечники копий и стрел.