Правила счастливой свадьбы

Пушкин с Лелюхиным на полицейской пролетке поехали на Пречистенку, в контору фирменной торговли «К. М. Бабанов и сыновья», где старший Курдюмов собирался на свадьбу.

– Одного, Алёша, не могу взять в толк, – сказал Василий Яковлевич, откинувшись на диванчике пролетки. – Откуда взялась надпись «сыск»?

– Богатые люди экономны в мелочах, – ответил Пушкин. – Мой подарок мадам Бабанова не выбросила, пристроила к делу: выгадала на новой коробке. А на дно подарка не глядят. Даже шантажисты…

* * *Священник церкви Николая Чудотворца был недоволен.

– Куда оба могли деться? – тихо спросила мать Василисы, хрупкая невысокая женщина, ровесница Капустиной.

Фекла Маркеловна промолчала. С утра ее мучило дурное предчувствие. И приметы нехорошие то и дело попадались.

В дверях церкви случилось движение, обратившее на себя все взгляды. Вместо долгожданных женихов неторопливо вошла дама в простом дневном платье. Голова ее была закрыта светлым платком, в руках болталась шелковая сумочка. Она не подошла к гостям, а направилась к невестам, стоявшим в левом приделе.

– Здравствуйте, барышни, – сказала она, чуть склонив голову.

Василиса ей улыбнулась.

– Баронесса… Какая честь для нас… Рады вас видеть… Позвольте представить: Матрона Ивановна, моя дружка… А я – ее. Очень удобно…

Баронесса ответила на поклон Капустиной.

– Две свадьбы сразу – разумно и экономно, – сказал она. – Как заведено у купцов. Тем более вы родственницы…

– О чем вы, мадам? – Василиса чуть заметно насторожилась.

– Одна выходит за отца, другая – за сына. Вы теперь обе Курдюмовы…

– Ах, конечно. Только женихи опаздывают. Случайно не встретили их по дороге?

Баронесса улыбнулась шутке.

– Если бы встретила, обязательно бы привела к вам, барышни…

– Простите, баронесса. – Василиса чуть подалась вперед. – Слышала, с вами приключилось какая-то неприятность?

– Пустяки, моя милая, – ответила Агата ласково. – Меня всего лишь ударили по голове гирькой, а потом повесили. С кем не бывает… Москва – такой забавный город…

Не зная, как себя вести, Матрона попыталась улыбаться, поглядывая на Василису и баронессу. На нее не обращали внимания.