Сказочник

Только-только проклюнувшаяся мысль о том, что жизнь не такая уж паршивая штука, вспыхнула — и сгорела под напором жгучего стыда и колючей обиды.

Завтра она начнет искать другую квартиру. Две недели портить жизнь этому парню своим присутствием будет слишком жестоко.

Глава пятая: Тимур

Ножки.

Идеальные, точеные ножки, как у статуэтки балерины. Аккуратные икры, симпатичные бедра, тугая, кокетливо задранная вверх попка. Ох, бля…

Голову нужно было срочно проветрить. И чем быстрее-тем лучше.

Тимур даже не стал пытаться забраться в холодный душ, знал, что не поможет.

Слава богу, что она отвернулась, занимаясь приготовлением еды для ребенка, и он, короткой перебежкой, спрятался за стойку. Возбуждение было слишком сильным, а спортивные штаны — слишком тонкими. Если бы Морковка опустила взгляд, его грязные мысли не стали бы для нее тайной за семью печатями.

Поэтому, как только она ушла, Тимур быстро переоделся, пять минут тоскливо полистал список контактов в телефоне, раздумывая над тем, с кем можно приятно и «вкусно» провести ночь, но так ни на ком и не остановился.

Не хотелось ни Лизу, явно ждущую его визита, ни Машу, которая была просто королевой глубокого минета, ни Яну, балдеющую от анального секса. Хотелось другую — ту, которая за закрытой дверью мятным голосом пела колыбельную.

Ладно, часика бесцельного катания по городу должно хватить, чтобы успокоить член и вернуть голове контроль над телом. Две недели под одной крышей с Морковкой могут оказаться не такими уж беззаботными.

Тимур едва сдержался, чтобы не заехать в первый же попавшийся магазин женской одежды, который еще работает в это время, и купить ей наглухо застегнутую пижаму «в пол» и еще такой же халат.

Не для Морковки — для собственного спокойствия.

Хорош же он будет, если наброситься на девчонку, да еще и на своей же территории."

"Давненько ему так не рвало крышу. Стоя на светофоре, Тимур пытался припомнить, когда же в последний раз хотел женщину вот так — сразу. Женщину, которая не извивалась в ночном клубе с невидимой надписью над головой «Отдамся самому смелому», а босая, с мокрыми волосами и без намека на косметику на лице, смущенно обживалась на его холостяцкой кухне.

Странное дело, но даже с Владой все было не так. То есть, конечно, заняться с ней сексом хотелось, но потребность была комфортно-терпимой, вполне компенсируемой поцелуями. Поцелуями, мать его. Тогда он сам себе удивлялся, что не пытается стащить с нее трусики на первом же свидании.

С Аси хотелось стащить все и сразу.