Семья (не) на один год

«Ты уверена, что все хорошо?» - встревожено уточнял каждый раз после близости, и мне сквозь слезы, сквозь туман в голове приходилось успокаивать этого сумасшедшего.

«Мне хорошо, клянусь тебе. Очень хорошо. Не знала, что так бывает», - шептала я ему на ухо незнакомым, охрипшим голосом.

«Я теперь не знаю, как смогу жить без этого? Может, бросим работу и учебу? Поселимся в спальне. Выучим телефоны служб доставки, а акционеров отдадим на растерзание СанСанычу!» - умоляла, когда Никита очередной раз пытался сбежать из кровати.

Потрясающе было.

Порой мне даже казалось, что мы не Никита и Лера, а какие-то другие люди. Что не существовало никогда брачного контракта, отдельного соглашения на год и горькой первой брачной ночи.

Невозможно было в них верить, когда Никита хрипел на ухо мое имя. Когда заставлял срывать голос от удовольствия. Или уставший, насытившийся прижимал к себе перед сном.

К такому можно было лишь привыкнуть. Сразу. Окончательно!

И я привыкала.

Запоминала каждую его улыбку. Училась шутить над этим хмурым гением.

- Это займёт минут пятнадцать. Не больше, - Никита словно оправдывался. - Я давно планировал продать дом. Сейчас нужно только передать ключи и показать, где счетчики.

- Ты не обязан передо мной отчитываться!

Почему-то даже слушать не хотелось. Сама мысль, что в соседском доме станут жить чужие люди, пугала меня до чертиков. Для меня это всегда был дом Никиты.

- Я собирался встретиться в ней через неделю в Москве, но она оказалась в Питере.

Никита словно не верил мне. Гладил по затылку, как кошку, и косился на часы.

- Я ничего не имею против продажи. Обещаю, что не оставлю тебя ночевать на улице.

- В кровати я устраиваю тебя больше?

- Мы ещё диван в гостиной не проверили. - Мне пришлось самой убрать его руки. С этими оправданиями пора было заканчивать. - Но жить на два дома все равно не получится.

Не знаю, что я рассчитывала услышать в ответ. Продумывать каждую фразу, как мой умный муж, я пока ещё не научилась.

Но Никита не сказал вообще ничего. Он лишь улыбнулся... одними губами. И все мои «у нас» и «жить» улетели в пустоту.

* * *"

"Спустя три дня Никита улетел тоже. Его секретарша чуть не плакала в трубку, рассказывая, какой завал в офисе. И мне пришлось его отпустить.