Секретарь старшего принца 6

Это территории превосходства вампиров.

— Даже он понимает, что тебе туда нельзя! — выпалил Элор и за руку потащил меня к двери.

Только присутствие Танарэса удерживало меня от того, чтобы ударить и вывернуться из захвата.

Но едва Элор выволок меня в коридор, я захлопнула за нами дверь и коленом с разворота врезала ему в пах. Ярость клокотала внутри, ревела яростным пламенем. Элор почти ушёл от удара, в последний момент подставил бедро и, захватив мою ногу, впечатал меня в стену.

И это было бы удачным решением, если бы стена не проломилась от этого удара.

С треском и фонтанами штукатурки мы ввалились в сумрачную комнату. Пронзительный визг меня почти оглушил, я дёрнулась под Элором. Он что-то бормотал, отпустил меня и пытался поднять.

«Когда я советовал тебе, как просить, — вдруг заговорил Жаждущий, — я говорил подрочить ему, а не коленом в пах! Это разные вещи, разные!»

В ушах ещё звенело от воплей девицы, злость кипела, и я ударила коленями и руками. Прошёл только удар под дых, Элор захрипел, я извернулась, впечаталась лбом ему в лицо.

— Помогите, спасите, — причитал кто-то знакомым сбивчивым голосом.

Припорошённый побелкой Элор шипел и хрипел рядом.

И тут над нами раздался голос Танарэса:

— Кажется, я начинаю понимать, почему Санаду так любит вести дела с драконами: у вас и правда всё проходит как-то живее и задорнее, чем у нас.

Судя по интонациям, он не шутил.

— Шёл бы ты куда подальше, — рыкнул Элор и магией смёл с себя всю грязь, да так сильно, что почистилось и всё пространство вокруг, и я, и Танарэс, судя по тому, как у него дёрнулась щека.

Но заговорил он спокойно:

— Я бы хотел ещё обсудить с Халэнном подарки нашим сёстрам.

Я рефлекторно потянулась к карману с запрятанным в нём зельем изменения запаха.

— Без этого можно обойтись, — огрызнулся Элор, поправляя свёрнутый нос. — Мёртвых надо отпускать!

Мы с Танарэсом переглянулись.

* * *— Простите, что стены в нашем заведении такие хрупкие, — извинялась перед нами хозяйка борделя лично. Стояла, склонив голову и не смея поднять взгляда. Дрожала так, что позвякивали драгоценности.