Ржавый меч царя Гороха

Да-да, Яга мне сама обещала, а она слово держит…

– Всё, Никитушка, собирайся! – В горницу заглянула раскрасневшаяся бабка. – Поедем с тобой в энтот святой монастырь.

– А… город на кого оставим?

– Да ничего с твоим городом не случится. Стояло же Лукошкино до тебя, небось и сейчас под землю не провалится. А ежели что весомое, так Еремеев со стрельцами на посту.

– Хорошо. Я готов. Только возьму планшетку и блокнот.

– Ты, милай, не спеши, – чуть осадила моё рвение наша эксперт-криминалистка.

– Так он тут?

– А куда ж он денется, – недобро усмехнулась глава экспертного отдела. – За все грехи отвечать надобно. На сей раз он в конюшне отсиделся, но теперича, как народ рассосался, пущай за дело берётся. Да и кому кобылой-то править, не я ж, старая, за вожжи возьмусь?

Однако на деле Митя категорически отказался прямо сейчас ехать через весь город, нарываясь на разборки с горячими родственниками всех рыжух Лукошкина.

А из ворот отделения нас вывез Фома Еремеев. Стрелецкий сотник привычно завалил меня сеном, взялся за вожжи, причмокнул губами, и рыжая кобыла тряско пошла вперёд.

– Стопорись-ка, стрелец-молодец, – разбивая мои мечты, задержала телегу бабка. – Чёй-то там такое громкое со стороны Базарной площади доносится?

– Вроде как дьяк кричит, – спокойно пожал плечами Фома Еремеев, но натянул поводья.

Наша кобыла встала, я осторожно разгрёб сено, максимально напрягая слух, хотя в последнем нужды не было: дребезжащий от нездорового энтузиазма голос гражданина Груздева, подобно церковному набату, разносился на целые кварталы.

– Свершилося, православные! Грядёт конец свету али уже как бы не пригрёб! Настал апокалипсиса верный час, ибо мёртвые из гробов восстали-и!

Судя по тому, что ему никто не возражал, всем было жутко интересно. И не потому, что какой-то там мертвец где-то воскрес – у нас тут по всему городу недавно мёртвые немцы друг за дружкой косяком воскресали.