Рецепт простого счастья

В воскресенье помимо того, что я проводила родителей, ничего значительного не произошло, даже семья рыбаков не заглянула на огонек. Зато мы с дочкой выучили стихотворение для утренника и вылепили снеговика из еловых шишек на конкурс.

Я как можно тише стала собираться, чтобы дать дочери поспать еще немного. Мне предстояло отработать только до обеда, а потом я поеду на утренник к Катюхе и в офис не вернусь. Этот факт не мог не греть душу.

Я старательно рылась в шкафу в поисках платья, которое выглядело бы достаточно празднично для утренника, но в то же время, чтоб я не задубела в нем на своем «жигуленке», в ожидании разогрева салона.

Действо затянулось.

– Ма!

Я аж вздрогнула, за спиной стояла Катя.

– Фуф! Ты что так пугаешь?

– Ты почему меня не будишь?

– Да рано еще, поспала бы!

– Нет уж, у меня ведь утренник!

Дочка в возбуждено-радостном состоянии предвкушения понеслась чистить зубы."

"Я, не боясь шуметь, продолжила рыться в шкафу, разбрасывая все вокруг.

Наконец нашла примерно то, что хотела. Платье было синего цвета, достаточно свободным, чтобы вместить под себя колготки потеплее. Это в молодости я готова была морозить свое туловище от почек и ниже ради красоты. Ради придуманной красоты. Я сомневаюсь, что дрожащая курица с синими коленками и вставшими дыбом от холода волосинками, пролезшими сквозь капроновые колготки, называется красивым зрелищем. Но в молодости все думают иначе. А еще, я помню, у меня постоянно болело горло, так как в шапке тоже ходить не комильфо. Ведь с красными обмороженными ушами и менингитом гораздо лучше. А теперь – фиг. Это называется – старость крадется.

После того, как в спешке была сделана какая-никакая укладка моих волос под каре, запаковано платье снежной королевы, мне и Катюхе нанесен макияж, мы вышли из дома.

– Давай, малыш, скорее! А то я снова опоздаю на работу, и тогда Васильич меня точно оштрафует.

Машина завелась сразу, не стала испытывать мою нервную систему.

– Мам, а нас на выставку поведут после нового года! – сказала Катюха, пританцовывая под Айову, та как всегда пела свои «слипшиеся песни». Как говорит Стешка, цитирую: «все слова слиплись и не понятно, что она поет».

– На какую еще выставку?

– Там будут босекомые, Тимоша сказал, – серьезно ответила дочь.

– Чего? Что такое босекомые?

– Ну, ма, гусеницы всякие, жучки, Тимоша говорит это все басекомые.