Ретроградный меркурий (СИ)

 — Больше то ему никто не поможет.

Генерал наш последние деньки перед отставкой чалится, все уйти не может, не отпускают. Рисковать не будет. Лучше чужую голову отдаст. Не в первый раз дядьку кидает.

— Короче, если царь-батюшка сейчас дознание и обыски не отменит, то слетит наша офицерская верхушка, как нехуй делать. А он на правительственном форуме. Где-то на Алтае. Специально питерские момент подобрали…

— Ты откуда всё это знаешь?

— Я с утра в сопровождении был, когда полкану нашему докладывали. Ну и при конфликте присутствовал.

Ненавижу беспомощность! Но как повлиять на происходящее не понимаю.

Сижу в автобусе, слепо смотрю вперёд.

А кто слил Мансурову архивы, мы знаем. Тот самый абонент, которого Умка накопала — Лазарев. У него же доступ…

— Ты чего сидишь, братишка? Ваших тоже в ружье сейчас погонят. Дуй на базу.

— А у меня медосмотр…

— До обеда.

— А я ещё не обедал.

— Ой, сдуют тебе звёзды, Зольников. Прикрывать то некому будет теперь…

— Звёзды?

Какие нахер звёзды?! Когда головы летят…

Яра

Обыск у Виктора с Эвой.

Это формальность. Понятые всегда подписывают не читая описи. Им страшно не угодить нам. И попасть в какие-то черные списки.

Они ничего не найдут. Виктор недавно переехал в квартиру побольше и она стерильна. Я заношу в протокол всё, что Алишер приказывает мне заносить.

Мы в детской оказываемся одни. Надев перчатки, он пальцами выдергивает брезгливо детские вещи из шкафа на пол.

Меня дёргает от каждой вещички.

Подцепляет балетную пачку Софийки. Держит перед лицом.

— София занимается балетом?

— Бриллиантовое колье, — отдают ему пакет.

И ещё один.

— Флешка…

Я знаю эту флешку.

— Проверь что там.

Разглядывает колье.

— Я вам так скажу. Это записи детей.

— Включи…

Я близка к аффекту, блять!

Но послушно включаю.

На экране его бука у станка танцует Софийка. Очень старается. Тянет ножку…

— Умница какая, — прищуривается он.

— Все девять гигов смотреть будете?

— Скачай мне её.

Что-то есть такое в его тоне, что я вдруг бесповоротно решаю, что он уже пожил своё. Достаточно.

— Товарищ Майор, а можно вопрос?

— Давай…

— А чего Вам дались эти Зольниковы?

— Во-о-от… Теперь уже разумные формулировки пошли. Ты уже у нас хочешь быть Владо?

— Может быть.

— А я всё намекал-намекал… Что со мной надёжнее.

— Так что там с Зольниковыми?

— Был у меня однофамилец, генерал Мансуров.