Раб лампы

Там еще песенка такая, сейчас ее постоянно гоняют: «А три реки впадали в океа-а-ан», — пропел он.

— Гм, — протянула я. — Клип… да.

— А ничего тут дэвушка, да, — продолжал развивать «мысль» Маркарян. — Грудь, правда, маловата. А так — ниче!

…Богиня Венера не могла и надеяться на такую «похвалу» со стороны тарасовского торговца Маркаряна!

Через час мы выехали по направлению к загородному дому Гамлета Бабкеновича. Кажется, он оттаял: мое ли присутствие, или же ясный, светлый, радостный денек придали ему оптимизма; или факт того, что у него день рождения, — но всю дорогу он был бодр, весел, обуреваем многочисленными планами, вещал что-то «в тему» и «не в тему», а под конец сообщил мне, что, помимо отмечания юбилея, пройдет также церемония освящения его нового дома, в связи с чем приглашен священник.

— Отлично! — отрывисто сказала я.

* * *Маркарян не обманул.

Вилла армянина в самом деле заслуживала того, чтобы отпраздновать на ней славный (не особенно круглый, тридцативосьмилетний всего) юбилей одного из крупнейших бизнесменов нашего города и всего нашего региона.

К тому же, по всей видимости, строение изначально состояло из двух корпусов разного возраста и назначения. Здание с башенками и контрфорсами, без сомнения, представляло собой типичный образчик новорусской архитектуры. В свое время, а именно, в 1998 году, такие «коробки» можно было покупать за бесценок, поскольку хозяева, опрометчиво отгрохавшие эту роскошь в расчете на лучшую жизнь, разорились в результате августовского дефолта. Надо сказать, загородный дом Маркаряна был высотой с пятиэтажку, да и габариты его были впечатляющими.

"Но за этим зданием я углядела второй корпус, примыкавший к нему вплотную, и, без сомнения, постарше возрастом. Я прищурилась. Второй корпус был с прозрачной полукруглой крышей и, насколько я смогла разглядеть, чрезвычайно напомнил мне центральный городской бассейн Тарасова. Маркарян проследил направление моего взгляда и сказал:

— Ну да! Это папа прикупил. Тут была база для пловцов, еще при совке.