Пулевое многоточие

Гуров ожег его злым взглядом, но ничего не сказал, сообразив, что Засекин виноват в случившемся ничуть не больше, чем они с Крячко. Так же молча он вошел в небольшую, убого обставленную комнату, где самые храбрые студентки (их набралось человек пять) пытались привести в чувство зашедшуюся в рыданиях женщину, сидящую на полу у порога. Руки женщины были прижаты к лицу. Слезы, градом катившиеся из ее глаз, просачивались меж пальцев, украшенных дешевыми колечками, и стекали по тонким запястьям в рукава кофточки.

– Это вахтерша, – объяснил Засекин. – Когда я объяснил ситуацию, она испугалась и побежала сюда. Ну а когда увидела труп…

Гуров тоже увидел труп. Тело лежало головой в сторону раскрытого окна. Убита была молодая женщина, одетая в элегантное серое платье с большим разрезом по правому боку. Ей выстрелили, судя по всему, в затылок из не слишком мощного пистолета с глушителем.

– Что ж ты, Засекин, допустил, чтобы тут все затоптали? – недовольно сказал он. – Мало нам, что человека убили, так еще и улик не осталось! Гильзу хотя бы нашел?

Засекин пожал плечами.

– При беглом осмотре не замечено, – спокойно ответил он. – Не исключено, что убийца ее подобрал. А что касается народа, так он как-то сам набежал. Еще раньше меня. Я один и поделать ничего не мог. Студенты!"

"Гуров только рукой махнул. Крячко потянул его за рукав и тихо спросил:

– Слушай, а это точно Пригожина? Вроде на фотографии она другая.

– На фотографии прическа другая, – мрачно сказал Гуров.

– Кому?

– А ты не догадываешься? Соседке звони! Пускай собирается и едет на опознание.

Глава 3

Соседка подтвердила, что убитая действительно ее соседка Пригожина Лидия Ивановна. Опознание было сложным, с обмороком, слезами и даже c небольшой истерикой. Гуров поручил разбираться с этим Засекину с Крячко, а сам попытался собрать хотя бы крохи информации среди возбужденных студенток. Большим урожаем похвастаться он не мог.