Пуля с Кавказа

Может быть, им описали вашу наружность?

– Ну, хорошо. Что вы хотите за ваше сообщение?

Алим приосанился:

– Это очень важное сообщение, ведь так? Поэтому я желал бы за такую помощь русскому начальству быть назначенным муллой в джумную мечеть Гуниба. Или Хунзаха. Или Кумуха. Или…

– Понятно. Подобные назначения делаются в Тифлисе, в Закавказском шиитском муфтияте. Но благосклонное слово начальника области является решающим. Я сообщу о нашем разговоре генералу князю Чавчавадзе и попрошу исполнить вашу просьбу.

Абас важно и одновременно подобострастно простился с подполковником и ушёл в мечеть.

Таубе тут же подошёл к войсковому старшине:

– Эспер Кириллович, что это за чудак? Ему можно верить?

– Это некий Абас Кактаев, известный бездельник. Он постоянно околачивается в приёмной начальника округа со всякими неуместными просьбами. Хочет стать муллой.

– Он назвал себя алимом.

– Абас сам присвоил себе это звание, по глупости и самодовольству.

– Так ему нельзя верить? Он сделал важное сообщение и сказал, что хотел бы в благодарность за него получить назначение муллой.

– Тогда всё серьёзно. Как бы ни был недалёк этот туземец, но подобными вещами он шутить не станет. Сделаться муллой – его давняя мечта. Он не посмеет обманывать русского офицера.

– Понятно. Мы с Лыковым отправимся проверить полученное сообщение. Если через три часа не вернёмся, подымайте отряд и идите нам на выручку.

Таубе и Лыков начали седлать лошадей. Алексея распирало от любопытства.

– Скажи, что за зуб на тебя может быть у англичан? Давным-давно ты застрелил кого-то в Лхасе. Они что, такие злопамятные?"

"– Есть более свежая история.

– Расскажи!

– На обратном пути.

– А почему нас едет только двое?

– Ты хочешь, чтобы я подставил весь отряд под пули двух босяков? Вдруг они кого-нибудь зацепят… Нет, справимся с ними вдвоём, так проще.

Алексей осклабился:

– Ух, я сейчас с них шкуру-то спущу! Променять русского подполковника на британское золото… Да ещё барона!

– Вот он, – сказал Лыков, останавливаясь.

Крутой спуск дугою изгибался к реке. Действительно, идти здесь можно было только пешком. Тропа тянулась вниз на двести саженей и скрывалась за огромной каменной глыбой.

Они спешились и оставили лошадей наверху. Взяли винтовки наизготовку и начали осторожно спускаться, не сводя глаз с валуна.