Пуля с Кавказа

Поэтому на окнах вы видите ставни, и замки у дома крепкие – мало ли что.

– Я вижу, живёте вы не богато, – обратился с Амирасулову Лыков.

– Из аула я вынужден был уехать. Скот мой весь перерезали, имущество сожгли. Служу в канцелярии за небольшое жалование; это весь мой доход.

– Начальство помнит заслуги Камаля, но сделать ничего не может, – добавил Кормишин. – Кровную месть снять нельзя, а охрана ему не положена. Спасибо полковнику Бонч Осмоловскому, что разрешил пользоваться этим жилищем бесплатно. И сына поместили в кадетский корпус на казённый счёт.

– У вас сын? – обеспокоился Таубе. – Ему уже есть двенадцать?

– Да, – печально кивнул горец. – Ему идёт тринадцатый год, и значит, он уже подпадает под кровную месть. Когда Батырай уезжал в Тифлис, в корпус, Серёжа его сопровождал. И в Тлярате на них напали.

– Хотели напугать кавказского унтер-офицера, – усмехнулся Кормишин. – Дураки! Самого бойкого я насадил на кинжал, остальные тут же обдристались и убежали.

– Значит, ты теперь тоже кровник Султан-Мурада? – спросил Алексей.

– Нет, считается, что я служу Камалю за плату; на таких законы канлы[92] не распространяются. Но я собираюсь жениться на дочери Камаля Фариде. Хорошая девушка – вы её видели. Тогда стану родственником и попаду под канлы.

– Но это вас, я вижу, не пугает, – улыбнулся Таубе.

– Не пугает. Камаль мне, как брат. В России у меня всё одно никого нет. Его семья теперь моя семья, и за них я глотку перегрызу. Пусть только сунутся.

– Долго ещё вы будете жить здесь взаперти и при нескончаемой опасности?

– Пока Султан-Мурад не подохнет.

Глава 16

Енгалычев призывает Благово

Генерал-майор Енгалычев сидел за столом и бранился. Перед ним лежала расшифрованная телеграмма, присланная бароном Таубе из Гуниба. Телеграмма гласила: «Лемтюжников повсюду нас опережает. Явно утечка из Петербурга. Две засады за два дня. Проводники оказались изменниками и убиты.

– Да… – выдохся, наконец, генерал. – Видно, ему там жарко…

Делопроизводитель ВУК штабс-капитан Сенаторов согласился:

– Ещё бы! Дикие горы, абреки. И шпион изнутри. Только и жди выстрела в спину.

– Отставить жалеть подполковника, – приказал Енгалычев. – Виктора голой рукой не возьмёшь. Начнём лучше выполнять его указания.