Птицы небесные. 1-2 части

Еще я исследовал прекрасное ущелье с названием, похожим на русское слово, но произносилось оно у русских, как «Комароу» и к комарам не имело никакого отношения. Река, стремительно мчащаяся с ледников в долину, прыгая с уступа на уступ, вымыла в скалах большие ниши, которые по-таджикски называются «комароб» («комар» означает полость, углубление, а «об» — вода). Кроме великолепных видов на верховья ущелья, я обнаружил в нем множество брошенных одичавших виноградников, с увядшими на ветвях кистями винограда, необыкновенно сладкого, и это вселяло уверенность, что в таких горах можно выжить в уединении.

"Меня тогда сильно заинтересовал противоположный склон огромной долины Сурхоба, где ущелья поднимались прямо в верховья ледников. Там я нашел брошенную уединенную кибитку под большим чинаром и туда по выходным дням поднимался, чтобы помолиться в тишине и покое. На высоком плато над долиной, где с гор бежали небольшие поющие на разные голоса речушки, мне посчастливилось обнаружить росшие по ущелью небольшие рощи ореховых деревьев.

Потянув в очередной раз свою поклажу, чтобы высыпать в нее очищенные от кожуры орехи, я обнаружил, что чья-то сморщенная рука ухватилась за сумку и тянет ее к себе. Подняв голову, я увидел старую таджичку, принявшуюся истошно кричать, по-видимому, подзывая кого-то.

— А сумка принадлежала моей жене, вот у нее и проси прощения!

По различным горным ущельям Экспедиция установила специальную аппаратуру, ведущую постоянную запись землетрясений.

За ее работой следили сотрудники, обычно муж с женой, жившие в полевых домиках, называвшихся «станция».