Пробужденный любовник

Толпа в кинотеатре кричала: «Черт возьми, Джанет, пойдем трахаться!»[83].

Голос лессера послышался с правой стороны, за его ухом.

— Скажи ей, что ты пойдешь со мной. Обещай, что она выживет, потому что ты собираешься сделать то, что говорил. И скажи это на английском, что бы я смог понять тебя.

Фьюри сказал, что должен был, не совсем понимая смысл происходящего. Он услышал, как женщина начала всхлипывать.

Лессер отдернул телефон назад.

— Теперь надень это.

Сталь наручников упала на его колени. Он надел их и стал ждать.

— Видишь выход справа? Вот куда мы направляемся. Ты идешь первым, там снаружи ждет грузовик. Ты остановишься у пассажирской двери. Все это время я буду прямо позади тебя с телефоном у рта. Вздумаешь дурить меня, или я увижу кого-нибудь из твоих Братьев, она умрет. О, и к твоему сведению, у ее горла нож, так что без промедлений. Ты понял?

Фьюри кивнул.

— Теперь поднимайся и двигайся.

Фьюри встал на ноги и направился к двери. По дороге он понял, что следовало немного поразмыслить о том, как бы выбраться из передряги живым.

Открывая дверь кинотеатра, он уже не сомневался, что эта ночь станет для него последней.

* * *Взывая к силе воли, Зейдист прорывался сквозь наркотический туман, цепляясь за уплывавшее сознание. Со стоном он проволок себя по мраморному полу ванной и ковру в спальне. Процарапал путь через ковер, отталкивался ногами.

Оказавшись в коридоре со статуями, он попытался заорать. Сначала это был хриплый шепот, но потом вышел вопль. Затем еще один. И еще.

Громкий звук бегущих ног принес с собой облегчение и головокружение в одном флаконе.

Роф и Рейдж, опустившись на колени, перевернули его. Он не мог уследить за всеми вопросами, поэтому постарался прорваться сквозь неразборчивый гомон:

— Фьюри… ушел… Фьюри… ушел…

Желудок потяжелел, и он перевернулся на бок — его стошнило.

— Найдите его…

Роф и Рейдж все еще атаковали его вопросами, быстро говоря что-то, и Зед подумал, что, вероятно, именно они стали причиной дикого шума в ушах. Или так, или его голова вот-вот взорвется.

Он оттолкнул свое лицо от ковра, и перед глазами все закружилось.

Он поблагодарил Бога за то, что доза морфина была подобрана по весу Бэллы. Потому что он превратился в хлам.