Принцесса, подонки и город тысячи ветров

Причём в наследство я вступил ещё год назад, а зашевелились они только сейчас. Если их цель – отсудить какую-то часть денег, то она изначально провальная.

– У них вовсе не эта цель, – еле слышно сказала я.

Однако Эрланн услышал и подобрался. Я прикрыла на несколько секунд глаза и глубоко вдохнула, резко выдохнув.

Пора.

И его вопрос не заставил себя ждать.

– Ты их знаешь? И какой же у них действительный умысел, Ветерок?

Тот, Кто Ещё Ниже, дай сил мне и благоразумия Эрланну…

Я медленно подняла на него глаза, собираясь сказать то, чего не хотела, но должна была.

– К вам приходили вчера, мон Эрланн, – отбросив все эмоции, ровно произнесла я. – Разговор происходил здесь же, в вашем кабинете. Некий фрой Престон. Это был первый визит, и вы напрасно отвергли предложение. Устроили в ответ погромы в наших норах. Сегодня к вам пришли ещё раз. «Наследник» и его адвокат – это был второй визит. Пока Дно лишь аккуратно просит и деликатно демонстрирует оскал.

Я сделала паузу, готовясь к дальнейшему.

В четвёртый раз разыграют «короля». А именно – принесут ему руку родного брата на подносе, если не голову. Пятая встреча будет последней. У тузовой карты посреди чистого поля только один-единственный символ. Когда пёрышками или огнестрелами на меткость балуются, то всегда туза мишенью ставят. И когда Глубина главную карту разыгрывает, то всегда попадает в «яблочко». Пятый визит – пуля в лоб.

Ну же, господин Эрланн, вы ведь быстро соображаете… Спрашивайте уже.

– Ветерок… – ошеломлённо произнёс Эрланн, посерев лицом. – Так ты не завязала с этим?.. Но… Как же новое имя? Переезд?

– Третьей послали меня, – тихо ответила я, глядя ему в глаза. Всё так же спокойно, но сжавшись внутри в пружину, что вот-вот рванёт. – Господин Эрланн. Сейчас я говорю с вами от лица Глубины – Четвёрки первого круга. Не делайте того, о чём пожалеете. Не боритесь с тем, что вам не победить.

У Эрланна помертвел взгляд. Но он ответил так же ровно, лишь уголок рта нервно дёрнулся.

– Неубедительно, Ветерок. Это всё, на что ты способна? Ну же, где страсть в голосе? – в его собственном прорезался злой вызов. – Почему ты до сих пор сидишь в этом кресле, а не ползаешь по мне?! Я, может, и согласен! Только давай, убеди по-настоящему!.. Я жду!

Он развалился в кресле, раскинув руки, а в чёрных зрачках взметнулись зелёные сполохи.