Принцесса, подонки и город тысячи ветров

Поняла по затравленному взгляду, брошенному на кухарку. Нет, малец, даже не вздумай привязываться. Ничего хорошего из этого не выйдет. Ты под подонком, а, значит, будет так, как я скажу.

– Ветерок, а мы не можем там остаться? – наконец осмелился спросить Хвенсиг, когда уже подошли к дому Леффенстайн. – Стордаль этот нормальный вроде… Книжку мне купил.

– Остаться хочешь? Валяй! – прорвало меня. – Сиди на готовом, книжки читай! Неделю назад мечтал подонком стать, а теперь за пару пирогов переобулся? Давай, вали обратно! Стордаль не откажет.

Лягушонок шмыгнул носом. Мне стало стыдно. Ребёнок же, хевл его раздери… Сама-то немногим старше была, когда на Дно попала. Тоже всё искала сочувствия и тепла.

– Я с тобой, – утерев сопли, твёрдо ответил малёк.

– Вот и не жужжи тогда, – отрезала я.

Хотя ответить хотелось совсем по-другому. Прижав мальца к себе и успокоив. У входа в модный дом всё же не выдержала и обняла лягушонка за худые плечи.

– Здравствуйте, уважаемые моны, – не растерялся Хвенсиг, когда вошёл.

У мадам Леффенстайн были посетители, и малец повёл себя именно так, как я его учила обращаться к разряженным дамочкам.

– Сёрвика Милосердная! – восхитилась одна из клиенток. – Какой ангелочек!

Мон в этом круге не водилось, но всякой же дамочке лестно, когда ребёнок величает её высшим титулом.

– Мадам Надиль, простите, – опомнилась я. – Вы говорили пользоваться другим входом, но я ещё не привыкла, задумалась по дороге…

Хвенсига уже вовсю трепали за щёчки разодетые клиентки, да и сама мадам Леффенстайн с удовлетворением оглядывала его ладную одёжку.

– Прелестный ребёнок, – вынесла свой вердикт хозяйка. – Дорогие дамы, это фрея Эстель Абрего, моя новая компаньонка. Невинное дитя, что хотела посвятить жизнь служению Милосердной, но судьба распорядилась иначе, наделив её магией и сделав покровительницей этого несчастного ангелочка…

Дамы сделали благостно-постные лица, но мадам Леффенстайн тут же добавила:

– А ещё Эстель – кузина мона Кристара Эрланна и фроя Костанца Стордаля.

Вот теперь раздались неподдельно заинтересованные вздохи. Быстро же, быстро… Я лишь упомянула, что мои кузены работают в Ордененбешиттельс. А Леффенстайн времени не теряла.

Хвенсиг – вот же тля доверчивая! – уже угощался конфетами в окружении дам, а я, сославшись на усталость и извинившись, поднялась к себе.

Запёршись в ванной, первым делом оценила ущерб.