Принцесса, подонки и город тысячи ветров

Не скрою: я переживал, что ты вообще больше никогда не придёшь…

– Это из-за твоего последнего вопроса, благодаря которому я научилась различать в воздухе хоть что-то, кроме ветров?

Я долго размышляла над этим и пришла к выводу, что Коста действительно не имел в виду дурного, а хотел лишь раззадорить, заставить почувствовать другую сторону моей стихии. Просто так совпало, что его выдуманное предположение оказалось правдой.

– А ведь я в прошлый раз тебе так и не ответила, игра не закончена, – как можно беззаботнее произнесла я.

Это было правдой. А то, что он сам украл поцелуй, не считается.

Коста счастливо подхватил меня за талию, потёрся носом о висок, шумно вдохнул запах с моих волос. Это теперь я знаю, как пахну для него. Для них.

Кажется, я тоже скучала. Но всё-таки остановила пальцами его губы в непосредственной близости от моих.

– Так что за дела с меткой, Коста? – вернула я на землю воспрявшего духом Стордаля.

– Ветерок, ты не представляешь, как мне до сих пор стыдно за тот день…

– Метка, – улыбнулась я ему. – Или мне спросить вопросом? У меня их по правилам сейчас целых два.

– Метку будет ставить Крис, – внимательно посмотрел он на меня. – Он сейчас сильнейший маг в Дансвике. И глава всего департамента Ордененбешиттельс. Так будет безопаснее всего. А что до нашей маленькой игры, то я сам нарушил правила, задав тебе в прошлый раз вопрос, на который не могло быть правильного ответа.

– Предлагаешь закончить?

Спасибо, Коста, первый урок действительно пошёл впрок.

Но Коста внезапно широко улыбнулся, подмигнув:

– Предлагаю начать другую."

"Глава 11

Странный вышел обед. Я ёрзала, сидя как на иголках, и пила уже третий кофе.

– Это остаточное, Ветерок. Скоро пройдёт. И лучше закажи чай. Кофе, наоборот, только… будоражит.

Я злилась на себя, злилась на невозмутимого Эрланна и даже немного на Косту, хотя последний уж точно не был виноват в том, что сразу после процедуры с меткой его вызвали на срочное освидетельствование какого-то сорвавшегося мага.

Наоборот, Коста сделал всё, чтобы я не чувствовала себя так гадко, как это могло бы быть.