Принцехранительница [СИ]

Настолько стыдно, что покраснела даже ладонь под прозрачной перчаткой, стыд накатывал волнами, с каждым воспоминанием о случившемся все более сильными. Это был небец! Это был полный небец! Самый основательный небец из всех возможных небцов вообще! Это был такой небец, после которого точно неба невидно! Я и не видела, глядя четко вниз перед собой, и с трудом переставляя ноги.

***Не помню, как поднялись на самый верх, что точно запомнилось, так это то, что у паладинов, стоящих перед дверью самого главного паладина, перья в крыльях были гусиные, и заканчивались они острыми наконечниками, в смысле — просто интегрированные в доспехи метательные кинжалы в составе штук сто пятьдесят справа и столько же слева.

— Верховный ждет, — распрямившись после поклона, сообщил правый носильщик летательных кинжалов.

Просто я сильно сомневаюсь, что при его комплекции из него нормальный метатель выйдет, носитель – да, а точно метать с такими буграми мышц явно проблематично.

И я только что обозвала любимого мужчину жабой!

— Все хорошо? — с едва читаемой тревогой спросил Кейран.

Нет! Я только что своего мужика жабой назвала, что тут может быть хорошего?!

Но вслух:

— Да, любимый, конечно, — и улыбка, милая и невинная.

Вообще улыбаться меня не учили, врать – да, а улыбаться нет, ведь по идее мое лицо должно было быть навеки закрыто маской, но… захочешь жить, и не такому научишься, так что врать с самой невинной улыбкой на лице я умела с детства.

Вот и сейчас принц успокоено улыбнулся в ответ и толкнул золоченую дверь. Хотя что там «золоченую», дверь была настоящей золотой! Из самого настоящего золота, и не важно, что этот металл магии жрет немеряно, видимо, у главного паладина магии тоже было немеряно, так что подобные траты и в прямом, и в переносном смысле он вполне мог себе позволить.

Зато сам он светился.

Буквально.