Преисподняя

Эти черты лица, дьявольский блеск в глазах — ошибки быть не могло.

Он зашел в помещение, но Суль больше не смотрела в его сторону. Она сделала вид, что очень занята своим стаканом: она смотрела сквозь толщу стекла, наблюдая преломление света.

Она скорее почувствовала, чем увидела, что на ее стол упала тень.

— Я вижу, мы снова встретились.

Его тихий голос звучал многообещающе.

Суль растерянно подняла на него глаза. Сначала сделала вид, что не понимает, потом осторожно улыбнулась.

— Да, разве мы не виделись раньше?

Он вопросительно указал рукой на стул, стоящий напротив нее, она любезно кивнула.

Когда они остались одни, он спросил:

— Как вас зовут, моя красавица? Впрочем, нет, не надо говорить. С тех пор, как я в прошлый раз увидел вас, я думал о вас как о моей лунной богине. Позвольте мне называть вас так!

Суль расхохоталась. Он попал прямо в точку! Лунная богиня! И это она, которую окрестили Солнцем!

— А вы, — непринужденно спросила она.

— Да, но я вовсе не архангел!

— Разумеется, я так и не считаю!

Было так забавно говорить иносказаниями о том, о чем оба они очень хорошо знали.

Суль веселилась и радовалась, как никогда. Наконец-то, наконец она нашла себе подобного! И он мог дать ей все, что было нужно женщине.

— Я знаю, кто вы, — сказал он. — Имени вашего я не знаю, но вас называют «ведьмой с кошачьими глазами».

— Какое же? Об этом я не знала.

— Вас называют «желтая паучиха».

— Паучиха? Фу! Но почему?

— Люди внушили себе, что вы уничтожаете мужчин, что вы убиваете ваших любовников сразу после совокупления.

Суль была глубоко возмущена.

— Неправда! Абсолютная ложь! Во-первых, у меня было очень мало мужчин, и все они — двое или трое (она предпочитала не вспоминать о палаче) — живы и здоровы.

Его веселила ее злость.

Он спросил, куда она едет, и она сказала, что направляется в Солер, к финнам.

— Говорят, они владеют колдовским искусством.

Глаза его сверкали. Он был таким привлекательным!

— Да, я вижу, что вы ведьма, маленькая лунная богиня. Это видно по вашим глазам.

Ее не смутили его слова, наоборот: кому, как не ему, дано понять все.