Предательство по-драконьи. Осколки любви

Надела рубашку и голубой брючный костюм с пиджаком, туфли на каблуке.

Позавтракала вкуснейшим кофе, ведь моего тут тоже не оказалось. Дорогой сорт миресского кофе заботливо был пересыпан в мою банку для хранения. Миресский кофе очень дорогой, и пробовала я его в нескольких кофейнях города. Потому знала этот тонкий вкус зёрен с нотками миндаля и сладким послевкусием.

Скоро я уже входила в госпиталь. Только стоило войти в ординаторскую, как мне передали, что меня срочно желает видеть главврач господин Тарн.

Сняла пиджак и отправилась к нему.

Постучала в дверь.

— Входите.

— Добрый день, господин Тарн. Вызывали? — спросила я.

— Да. Садись, Лираэль, — грузный мужчина вытирал лоб платком. Весна была жаркая, а вытяжка тут явно плохо работала. А поскольку маги холода брали немало за свои услуги в этот период времени, госпиталь не мог позволить себе их.

— Что-то случилось? — уточнила я.

— Случилось. Случилось, — покачал тот головой слишком раздосадовано.

Под ложечкой засосало. Неужели этот червяк что-то сделал?

Главврач снова протёр лоб, толстую шею. Я сидела и ждала, когда он наконец перестанет тянуть время.

— В общем, на тебя в коллегию врачей поступила жалоба.

— Основание?

— И даже не спросишь от кого?

— От лорда Леора Тарнблада? — для проформы спросила я.

— Именно. И он утверждает, что ты специально угробила жизнь его ребёнка.

— Я спасла жизнь Луизе Сверлей. При всём моём почтении, но вы и сами понимаете, если прочли мой отчёт, что я поступила верно.

— Лорд утверждает, что ты намеренно совершила ошибку, что ты могла спасти ребёнка.

— Я не знала, что она беременна. Об этом не было сообщено, когда узнали — было уже поздно, и я занималась самой Сверлей.

— Так вот… А ещё ты не допустила до операции Тэсс Осборн.

— Откуда ему знать об этом? — удивилась я.

— Не знаю, — покачал головой главврач, пока я кусала губы.

— Вы ведь знаете, что она теряется в критической ситуации, а там время шло на секунды.

— Это мы с тобой знаем, что она теряется. Но в документах нет ни слова о том, что она не готова к операциям и что она не может быстро и правильно принимать решения.

— Боги! — простонала я, прикрыла глаза и потерла переносицу, сразу вспомнив, как у молодого врача дрожали руки, когда она шила пациентку. Совсем ведь зелёная.

— Именно.