Предатель. На осколках лжи

Давид упал на кровать, а она присела рядом:

– Все? Успокоился? А теперь давай поговорим нормально!

Не двигаясь, мужчина ответил:

– Давай разведемся, – он вскочил и взял ее за руки: – Пожалуйста! Я оставлю тебе все, что ты хочешь!

Регина рассмеялась:

– А что у тебя есть?

Жена была права. Что у него было? Квартира в центре, два крутых автомобиля и загородный дом. Все!

– Скоро компания станет моей, – процедил Давид.

– Вот когда станет – тогда и поговорим, как будем делить имущество. И тогда же будем говорить о разводе.

– Зачем тебе столько денег? Что ты с ними будешь делать?

– Этими мыслями я с тобой делиться не собираюсь, – она ему подмигнула и вышла из спальни.

Плечи Давида устало поникли. Ну как же его угораздило жениться на ней! И ведь она не шутит. Наверняка, если бы компания перешла в его руки, и он предложил ей половину акций за свою свободу – она бы тут же согласилась.

Нет, Регина была неплохой женой: покладистой, верной, ласковой и… нелюбимой.

Жена раздражала его до колик, до головной боли, а от ее запаха его воротило. Проблема была не только в деньгах, но еще в том, что Регина была дочерью лучшего друга отца Давида, и развестись – это разругаться с отцом.

Его телефон завибрировал в кармане, и он посмотрел на экран. Отец. Легок на помине!

– Да, папа, – почти сразу же ответил Давид.

– Ты дома сидишь, пока у тебя на стройке бастуют рабочие? – прорычал Генрих Владленович.

Давид посмотрел на часы – семь часов десять минут утра.

– Быстро езжай туда и разгони их! – приказал отец. – Если там уже ждёт пресса – договорись. Я приеду через час, не раньше, постарайся не угробить мою компанию до этого времени.

– Хорошо, пап.

Давид положил трубку и выругался.

«Мою» компанию! Все в этом мире – его! А Давид, который работает с утра до вечера – простой технический директор. Отец ему даже акции не дал! Правда, пообещал, что контрольный пакет перейдет в его руки, когда у Давида родится наследник.

Отец руководил не только на работе, но и в постели сына. На Регине тоже Давида именно он заставил жениться. Нет, не заставил, просто обстоятельства так сложились. Хотя их прекрасно мог сложить и отец! А теперь получалось, что всеми сферами в жизни сына руководил он – Генрик Владленович Гуревич.

Давид ненавидел себя за это, но ничего поделать не мог.

Компания отца – это и его жизнь, это то, что он умел и любил. Это то, чем он жил! Лишиться ее – лишиться жизни.