Правила Барби (СИ)

У Челси ореховый соус, но…

– У тебя на него аллергия, – обыденно добавил он. Я удивленно приоткрыла рот. – Вернее аллергия на орехи – арахис.

Черт возьми.

Он запомнил.

Фостер задумчиво потер подбородок, чем заставил меня понервничать. Он же ничего не подозревает?

Но уже через секунду Джефри пожал плечами и накинулся на свой ужин.

Челси болтала, не затыкаясь ни на секунду, она рассказывала совершенно неинтересные истории того, как они выбирали упаковку для новых витаминов в виде пастилы. Джефри не слушал ее, он полностью провалился в свои мысли и лишь изредка поднимал взгляд от тарелки и останавливал его на моем лице.

Меня до ужаса смущали и одновременно раздражали эти его взгляды, ведь от них в моей груди возникала легкая щекотка, мгновенно затопляемая темной смолой: я успевала на секунды поверить в то, чего никогда не было и нет, снова начинала мечтать, и загоняла себя в лабиринт из собственных фантазий. Мне казалось, что несмотря на все произошедшее между нами, Джефри что-то чувствует ко мне, что он чувствовал всегда.

А значит, в этот вечер я делала все верно.

Я едва не засыпала в своей тарелке, хотя в сон должно было уже клонить кое-кого другого.

– Почему ты все еще в этой шапке? – спросил Джефри, обводя взглядом мою изящную «защиту» от насмехательств. Впрочем, не так уж она и защищала меня, потому что стоило этим словам прозвучать, уголок губ Челси пополз вверх. Я вскинула подбородок, показывая свою нерушимую уверенность этим двоим, хотя внутри распадалась на маленькие части. Мое горло сводило от болезненной судороги, как бывает перед масштабной истерикой. Я была в шапке, потому что я теперь уродливое полевое чучело с лавандовыми волосами, и все из-за Челси.

"Но я сжала зубы до боли в деснах и натянуто улыбнулась Челси и Фостеру. Я не дам им сломить меня, я, черт возьми, Барбара Амелия Эванс. Моя спина не сгибается даже чтобы завязать шнурки, потому что я не ношу кроссовки.

– Это мода, если не понимаешь, то даже не стоит раскрывать своего рта, – отозвалась я, доедая весь салат со своей тарелки.

– Мне не нравится эта шапка.

Мои руки замерли, взгляд резко поднялся на его лицо.