Последний рейд: Последний рейд. Кровь за кровь

Два выстрела почти слились в один. Один из нападавших рухнул с простреленной головой. Второй, матерясь и завывая, пытался перехватить лучевик оставшейся рукой.

Толчком с плеч вскочив на ноги, офицер метнулся в кабинет и, ударом ноги опрокинув бандита на спину, быстро подобрал оружие. Из зала появился генерал. Скособочившись и прижимая руку к правому боку, он кое-как доковылял до лежащей на полу жены и, медленно опустившись на колени, осторожно прижал пальцы к ее шее, пытаясь нащупать пульс.

В квартиру ворвались офицеры, вызванные из машины.

Третий офицер, взяв супругу генерала на руки, быстрым шагом направился следом за ними. Усадив генерала в глидер, один из офицеров вернулся в квартиру и принес в машину смертельно раненого Лори. Едва дождавшись, когда на заднее сиденье положат жену генерала, офицер, исполнявший роль водителя, поднял машину в воздух и понесся в сторону базы, выжимая из двигателей все возможное.

Один из офицеров вернулся обратно в квартиру и, закрыв двери, подошел к последнему из бандитов. Внимательно осмотрев опаленные края раны, он чуть усмехнулся и с мрачным удовлетворением произнес:

– Не все так страшно, как кажется. Смерть от потери крови и болевого шока тебе не грозит. Если сможешь меня как следует заинтересовать, будешь жить дальше. Без руки, но живой. В противном случае ты труп.

– Ты должен вызвать полицию, – хрипло отозвался бандит.

– Ничего я не должен. Вы напали на генерала, человека военного, а это значит, что дело автоматически переходит в разряд угрозы безопасности лиги. Не будет никакой полиции. Говори, или я начну рвать тебя на части, – проговорил офицер с милой улыбкой, от которой бандиту стало еще хуже.

– Ни на какого генерала мы не нападали. Зашли в квартиру следом за старухой. Решили ограбить, – сделал попытку выкрутиться бандит.

Не переставая улыбаться, офицер поднял руку с пистолетом и, недолго думая, раздробил бандиту палец на оставшейся руке.

– Попробуешь еще что-нибудь или заговоришь? – спросил он, не переставая улыбаться.

– Чего ты все время лыбишься? Что ты скалишься, садист? – спросил бандит, с нотками истерики в голосе.