Последний рейд: Последний рейд. Кровь за кровь

Взвыв то боли, тот выругался и быстро что-то зачирикал на своем языке.

– Не надо мне врать, что ты не понимаешь межязыка, – ответил ему Генри, расплющивая ему вторую ступню.

– Я не знаю! – завопил грендалианин, понимая, что этот мягкотелый будет уродовать его до тех пор, пока не получит ответ на свой вопрос. – Их увели куда-то на планету.

– Кто знает, куда их увели? – спросил Генри, беря пленника за плечо.

– Не знаю, я только пилот! – завопил в ответ грендалианин.

– Теперь ты только падаль, – ответил Генри, с силой сжимая руку.

Стальной экзоскелет скафандра был рассчитан на развитие хватательного усилия в шесть тонн. Кость пленника превратилась в мелкое крошево. Оставив искалеченного пленника выть в объятиях Эндрю, Генри развернулся ко второму грендалианину. В подробностях разглядев, что он сделал с первым пленным, грендалианин совсем не желал для себя такой же участи.

Не дожидаясь, когда его начнут рвать на части, пленник заговорил. В подробностях рассказав, кто и когда увел пленниц, он попытался спасти свою жизнь.

Сделал он это так, что даже бывалых десантников несколько покоробило. Ухватив пленного за плечо, он приложил кинжал к шее грендалианина и, включив виброрезак, одним долгим, медленным движением отделил голову от тела. Повернувшись к последнему пленнику, человеку, Генри стиснул его голову пальцами и, медленно сжимая их, спросил:

– Где пленницы?

– Их увели во дворец кланов.

– А кого ты пощадил, приведя этих зверей на мою планету? – спросил его Генри, одним движением сворачивая ему шею.

Повернувшись к десантникам, Генри скомандовал:

– Идем к ближайшему поселению. Брось эту падаль, Алекс. У нас нет времени на сопли.

Молча отшвырнув искалеченного пилота, Алекс развернулся и, посмотрев на вторую жертву, спросил:

– Что будем делать в поселке?

– Уничтожать. Всех подряд. Ищите загоны для рабов. Будем освобождать всех, кто там окажется, и направлять сюда. Если кто-то успеет убежать, не преследовать и не стрелять. Нам нужен слух. Пусть бегут и разносят весть о нас всем подряд. Но тех, кто сопротивляется, уничтожать. И никакой жалости. Людей эти людоеды не щадят.