Последний рейд: Последний рейд. Кровь за кровь

Когда отключился навигатор, мне пришлось тормозить в аварийном режиме. Нестись сломя голову по трассе, не видя куда, я просто не могла.

– Я понимаю, милая. Тем более что это заложено в твоей программе, – ответил Генри.

– Милый, ты просто душка. Ты всё совершенно правильно понял. Заставив меня остановиться, они провели принудительную стыковку и шлюзование. Это было так неприятно. Но им этого оказалось мало. Они просто внаглую принялись избивать всех подряд и даже убили Джека, нашего капитана. Но самое неприятное, что они не постеснялись вломиться в мой блок памяти, нагло вскрыв его при помощи армейского сканера.

Улыбнувшись этому определению, прозвучавшему от компьютера, Генри едва сдержал смех и продолжил допрос.

– Лапуля, а ты случайно не сообразила между делом записать все их разговоры?

– Конечно, милый. Я же не полная дура. Все записи с момента нападения катера и до твоего триумфального появления находятся в моём личном блоке памяти.

– Значит, абордажной группой командовал этот зверь?

– Конечно.

– А ты, случайно конечно, не слышала, кто их послал и что они собирались делать?

– Дорогой, если бы этот вопрос задал мне кто-то другой, я бы обиделась, но тебе милый, признаюсь.

– Сладенькая, ты просто прелесть. Рассказывай, но, пожалуйста, очень подробно.

– Этот дикарь обмолвился, что, забрав отсюда какого-то капитана Джаскера, они отправятся на Грендаль. Там его ждёт какая-то тётка, мечтающая содрать с него кожу живьём.

– Ты уверена, что он сказал именно Грендаль? – моментально насторожился Генри.

– Сладкий, я не глухая. Тем более что все файлы у меня под рукой.

– Я и не думал в тебе сомневаться, милая, но эта история звучит слишком невероятно.

– Почему?

– Грендаль находится под эдиктом. Посадка на планету кораблей, принадлежащих лиге и вообще любой космической державе, запрещена.

– Ну это я хорошо знаю. Все эти данные есть в моём навигационном блоке. Но если ты сомневаешься, то можешь его проверить. Этот зверь успел заложить в компьютер координаты планеты.

– Я тебе безусловно верю, но другие могут не поверить мне.