Последний рейд: Последний рейд. Кровь за кровь

Убедившись, что повторных выстрелов не будет, Генри перевёл взгляд на лежащих в паре метров от него Дика и Натали. Прижимая девушку к бетону и не давая ей пошевелиться, Дик внимательно осматривал окрестности, сжимая в руке лазерный пистолет. Переведя взгляд на Генри, Дик неожиданно вскочил и бросился к нему.

– Проклятие! Старина, да ты же ранен! – воскликнул Дик, пытаясь осторожно перевернуть Генри на бок.

– Дружище, я догадался. Боюсь, от этой штуки даже наши бронежилеты не помогут, – скривился Генри.

– Ты знаешь, из чего стреляли? – удивлённо спросил Дик.

– Догадываюсь, – ответил Генри, теряя сознание.

* * *Очнулся он под ровное гудение реанимационного танка. За долгие годы службы этот звук стал для Генри почти родным. Ровное гудение, жужжание сервоприводов, чуть слышные укусы шприцов, впрыскивавших в тело необходимые лекарства, и парение в питательной жидкости он воспринимал как неотъемлемую часть своей работы.

Зафиксировав усиление функций мозга, компьютер подал сигнал на диспетчерский пульт, сообщая дежурной смене врачей о том, что пациент очнулся и может покинуть танк.

Открыв глаза, Генри принялся наблюдать сквозь толстое боковое стекло танка, как бригада медиков открывает крышку его саркофага, готовя диагностическое оборудование. Наступал момент, который Генри терпеть не мог. Ему предстояло выдержать очередной спор с бригадой медиков, считавших, что их приборы знают о нём больше, чем он сам.

Дождавшись, когда крышка будет полностью откинута, Генри ловко извернулся и начал медленно подниматься из питательной среды, давая медикам возможность отцепить от себя датчики.

Как только последний провод был отцеплен, он уселся на край танка и, забрав у одного из медиков простыню, принялся обтираться. Это была обязательная процедура. Питательный раствор имел маслянистую консистенцию и мог запросто спровоцировать падение пациента, что могло повлечь за собой возврат в исходную точку.

Стерев раствор, Генри отбросил простыню и, спустившись с помоста, на котором был установлен танк, сделал несколько пробных движений рукой, внимательно прислушиваясь к своему телу.

Рука слушалась хорошо, хотя движения были несколько заторможены. Так бывало только в тех случаях, когда в питательный раствор вводилась большая доза обезболивающего и снотворного.

Удивлённо посмотрев на стоящих рядом медиков, Генри направился к висящему на дальней стене зеркалу.