Поцелуй ирлинга

Заметила, что у него под глазами пролегли тёмные тени. Догадалась, что он не спал несколько суток.

– Рассказывай, – отрывисто произнёс он.

Я стушевалась, не зная, с чего начать.

– Ну же, Лира. Не молчи, – вздохнул он тяжело. – Знаю, что я не самый лучший родитель. Точнее, худший отец во всей вселенной. Но я правда очень пожалел, что убежал спасать мир, не поговорив с тобой. Я видел, какое у тебя было обеспокоенное лицо, и всё равно отложил разговор. Потом казнил себя за это. Но вот я здесь. И слушаю тебя внимательно, дочка.

Выкладывай, что тебя тревожит.

Ну, раз он так настаивает…

– Я не ваша дочь, адмирал, – заявила я, внутренне содрогаясь, как перед прыжком в холодную воду. – Я не Лира.

От мужчины донёсся скрежет зубов. Его руки впились в подлокотники, а лицо посерело.

«Ну всё, сейчас он меня тут не просто запрёт, а прикончит и закопает», – мелькнула в голове паническая мысль.

– Я предупреждал тебя, что нельзя так резко отказываться от таблеток, – мрачно покачал он головой, глядя на меня, как на тяжелобольного ребёнка: со жгучей болью и сочувствием.

 – Надо было заканчивать курс лечения постепенно, плавно снижая дозу лекарств. А ты обрубила всё на раз. И вот результат – тремор конечностей, спутанность сознания, раздвоение личности. Это закономерно. Но ты не должна бояться, родная. Нет, я не отдам тебя в психиатрическую лечебницу, не волнуйся. Я же обещал, что не отправлю тебя туда снова. Но боюсь, в нашем доме какое-то время поживут санитары и врачи. Здесь тебе будет комфортнее пройти реабилитацию. А Гринли и Кайл поддержат тебя. Составят компанию. Ты больше не одинока.

Ну да. Будем вместе с принцами весело удирать от санитаров. Отбиваясь медведями. Хороший тут мир. И игры интересные.

– Вы ошибаетесь, мистер Оникс. Это тело Лиры. А душа моя, – попыталась я объяснить. – У меня нет её воспоминаний. Совсем. Но я уже поняла, что у нас с ней совершенно разные вкусы. Например, в одежде. Скажите, ваша Лира надела бы такое платье?

– Я тебя умоляю, – нервно хохотнул Джон.

 – После того, как ты месяц проходила в чёрной парандже, я уже ничему не удивляюсь. Но должен признать, что этот наряд тебе невероятно идёт. В нём ты так похожа на маму… – в его синих глазах отразилась такая печаль, что я непроизвольно накрыла его руку своей, в знак поддержки.

Но, тут же опомнившись, отдёрнула, замечая, как на лице Джона промелькнуло замешательство.

– Я – Анисимова Ирина Валерьевна, с планеты Земля. Мне двадцать лет.