Поцелуй ирлинга

Исчезала она, быстро стекая вниз и не оставляя никаких следов.

Затем большие кляксы скользнули по моим плечам и рукам. Страшнее всего было, когда эта непонятная субстанция нацелилась на мою голову. Я было подумала, что хана причёске, но ртуть скатилась с волос снова бесследно.

Чтобы отвлечь меня от происходящего, Кайл всё это время мягко разговаривал со мной, успокаивая, как ребёнка:

– Как же мне хочется тебя обнять! Я чувствую, как ты нервничаешь из-за всего этого. Но всё хорошо, душа моя, это стандартная процедура.

– М-маленьких детей? – от волнения у меня даже зубы лязгнули. – А в моём случае это эффективно?

– Более чем! – заверил меня Кайл.

Часов у меня при себе не было, а по ощущениям прошло минут пятнадцать, когда мерное гудение наконец-то стихло.

– Прошу, леди Лира, позвольте ваш пальчик, – подскочил ко мне седовласый врач и до крови уколол непонятным сверкающим предметом.

А когда мы с Кайлом вышли из волшебной кабинки, то сразу вспомнилась фраза «отпусти меня, чудо-трава», ибо перед глазами заплясали яркие сполохи. Если подумать, это было даже красиво. Изумительная цветопередача и гармоничность перехода слоёв. Какая экспрессия! По крайней мере я, как художник, очень даже заценила такую интересную композицию. И все последующие.

– Н-не надо мне больше комариков, – произнесла я заплетающимся языком и поняла, что проваливаюсь в глубокий обморок.

Сильные руки Кайла меня подхватили.

Сколько я была без сознания, сложно сказать. По крайней мере, когда я очнулась, за окном уже было темно. Кажется, уже опустилась глубокая ночь.

– Что случилось? – хрипло прошептала я, обнаружив себя на кровати в надёжном коконе из рук и крыльев.

– Как ты себя чувствуешь? – тут же встрепенулся Кайл.

По кругам под глазами и встревоженному лицу было заметно, что он не спал всё это время и сильно переживал за меня.

– Не знаю. В горле пересохло. А так вроде бы нормально, – прислушалась я к себе. Состояние было как после долгого сна. И при этом я всё равно не выспалась.

Миг – и Кайл метнулся за водой.

Отпив из протянутого им стакана живительную жидкость, я снова откинулась на подушку.

– Так что произошло? Что со мной было? – повторила я свой вопрос.

– Неврологическая реакция на отмену психотропных препаратов.