Последний Герой. Том 6

— Я думал малёха шугануть… чтоб сговорчивее был. Ну чо он?

— Сговорчивее, бл*дь? — скривился Кирпич. — Теперь он ни хера нам не скажет!

— Да жив он, жив, — забормотал Рыжий, оправдываясь. — Я же его так, слегонца тюкнул.

Кирпич махнул рукой:

— Да тьфу, сила есть, ума не надо… Ладно. Свяжите-ка ему руки, чтоб не рыпался.

Двое подскочили, подняли бесчувственное тело, подтащили к молодому деревцу. Посадили, завели руки за ствол и связали их за спиной. Стянули его же ремнём, протянули петлю через пряжку — та сама затягивалась, стоило только дернуться.

— Вот так, — усмехнулся Кирпич, окинув взглядом свою «добычу». — Теперь точно никуда не денется.

С Вороном разобрались быстро, и толпа переключила внимание на Лизу. Бросали на нее голодные, похотливые, сальные взгляды. Глаза блестели, зэки уже раздевали её мысленно, переглядывались, ухмылялись в предвкушении женского тела.

— А ничего так баба, — сказал один, скалясь. — Жопа что надо, титьки бы побольше.

— Слышь, белобрысенькая, — протянул другой, вытягивая шею.

— Да звать её никак, — захохотал третий. — Будет просто «Общая».

— Глянь, Кирпич, — ухмылялся Сергеич, — тут у нас товар по первой категории.

— Эй, куда ты собралась, красотка? — гаркнул Рыжий, когда Лиза попятилась, подошвы скользили по мокрому мху. — Смотри, сколько у нас женихов для тебя. Если всех развеселишь — может, даже целая останешься.

Толпа заржала, кто-то хлопнул ладонью по бедру.

Она визжала, рвалась, кусалась, ногтями впивалась им в руки. Один зашипел, когда она вцепилась ему в ладонь, но только сильнее сжал её локоть и залепил пощечину, так что Лиза чуть обмякла.

— Смотри, Кирпич, горячая штучка, — облизнулся Сергеич, лапая её то за грудь, то за задницу.

— Убери лапы! — кричала Лиза, захлёбываясь от ужаса.

— Помогите, ага, — хохотнул Рыжий. — Сейчас поможем… всем скопом.

Её втащили обратно в круг.

Кирпич подошёл к Ворону, привязанному к тонкому деревцу, и для начала пнул его носком сапога в рёбра.

— Эй, ты, лысый! — рявкнул он. — Зенки открой! Чё придуриваешься?

Ворон не шевельнулся.

Кирпич наклонился, прислушался к дыханию. Поморщился, выпрямился.

— Не дышит, что ли? — бросил он, оборачиваясь к Рыжему.