Хозяйка почты на улице Роз (СИ)

Но если у Вас не получается выйти из дома по определенным причинам, дайте знать, пожалуйста, об этом в письме. С уважением, Ваша подруга, леди Рене Браунинг».

Немного подумав, я поставила на конверте печать: «Важная корреспонденция». Теперь Балрик должен передать его лично в руки, а не оставлять в почтовом ящике.

Но гости из «Рыжих болот» появились намного раньше. Лорд Гериус Коулман ворвался на почту, будто разъяренный лев. Он подошел к почтовому прилавку и молча уставился на меня гневным взглядом."

"— Добрый день, ваше первородство, — я видела, что он возбужден, и пришел не просто так.

— Случилось! — он скомкал газету, лежащую перед ним. — Это какая-то дурацкая шутка, леди Рене?

— Я вас не понимаю, о чем вы говорите? — я нахмурилась. Мне уже надоели эти бесконечные претензии.

— Вы перешли все границы давно, но воспользоваться именем моего кузена, это низость! — Гериус выставил указательный палец, и тот уперся мне прямо в лоб. — Вы понимаете, чем это может для вас закончиться?!

— Объяснитесь! — это я сказала таким тоном, что у него начали раздуваться ноздри.

— Хорошо. Если вы решили играть в свою бесчестную игру дальше, я объясню. — Гериус убрал палец и замахал им перед моими глазами. — До меня только сейчас дошло, насколько вы перешли границы дозволенного! Итак, единственный носитель инициалов А. К. в Батлэме, это мой кузен Аскольд Коулман! Единственный! Если это не молочник или не хозяин мясной лавки! Но нет! В объявлении написано господин! Вы понимаете, что творите?!

И вот тут я похолодела.

— Ваш кузен из Батлэма? — выдавила я из себя. — Серьезно?

— У него там есть имение, — процедил лорд, прожигая меня гневным взглядом. — И кстати, это не трудно узнать, посмотрев карту. Вы так и сделали, да, леди Рене? Вот только прочить лорда себе в мужья это наглость, которая наказывается!

— Вы ничего не можете мне предъявить, — я хоть и находилась в шоке, но сдаваться не собиралась.

— Я все понимаю… вы хотите избежать отношений с лордом Дилингтоном, но это не выход, — Гериус внезапно перестал гневаться. В его взгляде появилось нечто, похожее на жалость и сочувствие. — Вы сделаете только хуже… Силы небесные, как же мне вам объяснить!

— Почему вы так печетесь обо мне? — я не понимала, что происходит. Метания Гериуса уж слишком походили на приступы ревности.