Попаданка в семье драконов

На газоне, трепетно обхватив лютню и пробегаясь пальцами по звонко-мелодичным струнам, распевает Геринх:

– Полный робкого желанья,

Средь ночной тиши,

Я несу тебе признанья,

Всю любовь души…

И хорошо так поёт, с чувством, влюблённо смотрит на кого-то в окне первого этажа.

– Что за наглость?! – возглас императора сотрясает стены. – Кто посмел петь серенады в моём дворце?! Кому?! Здесь всё моё!

Молодые женщины, слушавшие Геринха, отскакивают в стороны, а появившийся из-за поворота император, пуская ноздрями дым, высовывается в окно.

Солнце сверкает на золотом шитье императорского сюртука. Сам император высовывается так сильно, что снизу его просто невозможно не увидеть.

Но Геринх отчаянный, он продолжает петь:

– С милых уст я поцелуя

Жду лишь для себя,

Да сказать тебе хочу я,

Как люблю тебя!*

– Похоже, он совсем безбашенный, – шепчет Ника… с ноткой восторга.

_____________________

* Слова В. Красова

Глава 6

– А что? – я тоже невольно перехожу на шёпот.

Ответом мне служит хлынувшая от императора золотая магия.

Повинуясь ей, газон вздымается, норовя схватить Геринха. Тот, оттолкнувшись красной магией, подпрыгивает неожиданно высоко, в акробатическом кувырке закидывает лютню за спину."

"Приземлившись, Геринх посылает воздушный поцелуй в окно на первом этаже и, перескочив разверзшуюся земляную ловушку, припускает прочь.

– Здесь всё моё и все мои! – кричит император, постукивая кулаком по подоконнику. – Никто не смеет петь серенады без моего разрешения!!!

Никто, кроме одного склонного к песнопениям оборотня.

Он совсем с ума сошёл? И к кому он подкатывал? Покосившись на нашу с Ареном башню, кажется, догадываюсь, шепчу:

– А не под окном ли Иссены он?..

– Угу, – кивает Ника. – Под ним самым.

Пока наблюдала за Геринхом, молодые женщины бесследно исчезли. Кстати, неплохо бы поинтересоваться, кто они и что тут делают. Что-то не припоминаю их среди тех, с кем меня знакомили перед «свадьбой»… а может, я просто их не запомнила?

Выдохнув дым и втянув в себя почти всё золото магии, император засовывается обратно и захлопывает створки так, что звенят стёкла.

Заметив нас, грозно щурится. Ника, сделав торопливый реверанс, прячется за меня.

Магия императора, затрепетав, вытягивается в сторону, растекается потоком, и в коридор по этой дорожке, разливая вокруг золотое сияние, мерцая драгоценными камнями в серьгах и высокой причёске, выступает Ланабет.